Безымянные товары в нацрежиме
На практике может возникнуть следующий вопрос: заказчику нужен чехол для инвазивного датчика УЗИ — расходный материал, который к самому аппарату никакого отношения не имеет, но в позиции КТРУ числится под кодом ОКПД2 на аппараты УЗИ, потому что отдельной позиции для чехла просто не существует. Какую защитную меру устанавливать — ограничение, потому что код формально подпадает под перечень, или преимущество, потому что чехол там не поимённован? Этот вопрос давно стал символом главного противоречия в применении постановления Правительства РФ № 1875.
Московский УФАС, рассматривая именно такое дело в начале 2025 года, занял позицию здравого смысла: это чехол, а не аппарат УЗИ, чехол в перечне не назван — значит, заказчик правомерно установил преимущество. Логика понятна и юридически небезупречна одновременно, потому что другого кода в КТРУ для чехла не существует. Формальное следование коду ОКПД2 приводит к абсурду — ограничение на чехол как на аппарат УЗИ. Отступление от кода требует обоснования, которое не всякий контрольный орган примет.
Это частный случай системной проблемы, которая годами остаётся нерешённой: КТРУ и нацрежим существуют параллельно и между собой не согласованы. Либо нужно дорабатывать КТРУ так, чтобы коды отражали реальные товары, которые закупаются, — либо нужно дорабатывать нацрежим так, чтобы его позиции соответствовали позициям КТРУ. Пока не происходит ни первого, ни второго, заказчик оказывается в ситуации, когда правильного ответа не существует: любое решение может быть оспорено, и предсказать позицию конкретного УФАС или органа финансового контроля заранее невозможно.
В 2025 году добавилась ещё одна тревожная тенденция: суды всё чаще стали отказывать в отклонениях заявок за несоответствие наименования товара. Показательный пример — дело об автоклаве Bauster: в государственном реестре медицинских изделий числились исполнения B100, B50 и B30, тогда как участник предложил исполнение B700, которого в реестре нет. Комиссия на всякий случай заявку допустила. Суд Ямала это решение поддержал, указав, что товар тот же — в обоих случаях написано Bauster, — и сослался на письмо Минпромторга о том, что сравнивать названия не нужно.
Такой подход вызывает серьёзные сомнения. Росздравнадзор при государственной регистрации медицинского изделия отказывает в регистрации при расхождении наименования даже в одну букву или один символ — настолько значимым считается точное наименование в сфере обращения медизделий. Трудно объяснить, почему в закупках тот же принцип вдруг перестаёт работать. Практическое последствие таких решений печально предсказуемо: комиссия допускает заявку, на этапе исполнения выясняется, что товар не подходит, начинается претензионная переписка, односторонний отказ от контракта, и поставщик оказывается на пороге реестра недобросовестных поставщиков — хотя всё это можно было предотвратить ещё на этапе рассмотрения заявок.
👉 Подписывайтесь на канал Центра «Закон.гуру» в ВК: vk.com/im/channels/-230744123 и узнавайте о закупках больше на семинарских и учебных занятиях: zakon.guru