Решение ФАС России от 13.02.2025 N 050/01/14.6-1182/2024

Резолютивная часть решения объявлена "06" февраля 2025 года.

В полном объеме решение изготовлено "13" февраля 2025 года.

Коллегиальный орган Федеральной антимонопольной службы (далее - Апелляционная коллегия) в составе: председателя Апелляционной коллегии: <...> - <...>; заместителя председателя Апелляционной коллегии: <...> - <...>; членов Апелляционной коллегии: <...> - <...>, <...> - <...>, <...> - <...>,

при участии: представителя ИП <...>: <...> (по доверенности, посредством видеоконференц-связи (далее - ВКС)); представителей ИП <...>: <...> (по доверенности, очно), <...> (по доверенности, очно); представителей Московского областного УФАС России: <...> - <...> (по ВКС); <...> - <...> (по ВКС),

рассмотрев на заседании Апелляционной коллегии жалобу ИП <...> на решение Московского областного УФАС России от 20.11.2024 по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 050/01/14.6-1182/2024 (далее - Жалоба) (уведомление о дате, времени и месте рассмотрения Жалобы размещено на официальном сайте ФАС России www.fas.gov.ru в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет"),

руководствуясь частью 10 статьи 23 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон о защите конкуренции),

В ФАС России в порядке статьи 23 Закона о защите конкуренции поступила жалоба ИП <...> на решение Московского областного УФАС России от 20.11.2024 по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 050/01/14.6-1182/2024 (далее соответственно - Решение, Дело).

Решением прекращено рассмотрение Дела в отношении ИП <...> в связи с отсутствием нарушения пункта 1 статьи 14.6 Закона о защите конкуренции.

ИП <...> с вынесенным Решением не согласен, считает, что Решение нарушает единообразие в применении антимонопольными органами норм антимонопольного законодательства и просит его отменить.

В частности, в Жалобе указываются следующие доводы:

- комиссия Московского областного УФАС России (далее - Комиссия) легализовала возможность реализации субъектами контрафактных товаров, реализуемых в сети Интернет, но на различных площадках. При этом реализация товара с размещением товарного знака без согласия правообладателя в сети Интернет на любой из ее площадок уже свидетельствует о допущенном нарушении прав правообладателя;

- при установлении факта недобросовестной конкуренции Закон о защите конкуренции рассматривает сеть Интернет как единую глобальную технологическую систему, не дифференцирует ее на различные площадки ("AMAZON", "<...>", "Купи!ру", "OZON" и пр.), поскольку для обеспечения наиболее полной защиты прав хозяйствующих субъектов, необходимо руководствоваться буквальным толкованием пункта 1 статьи 14.6 Закона о защите конкуренции и не допускать его расширительное толкование.

В ходе рассмотрения Жалобы установлено следующее.

В Московское областное УФАС России поступило заявление ИП <...> (далее также - Заявитель) о признаках нарушения Закона о защите конкуренции в действиях ИП <...> (далее также - Ответчик), выразившихся в неправомерном использовании Ответчиком словесного обозначения "Fenomen", тождественного товарному знаку N 936703 "FENOMEN" (далее - Товарный знак), правообладателем которого является ИП <...>.

ИП <...> осуществляет предпринимательскую деятельность по продаже спортивной одежды с использованием Товарного знака, в том числе посредством сообщества в социальной сети "ВКонтакте" (https://vk.com/fenomen2022).

ИП <...> предлагает к продаже на торговой площадке "Wildberries" спортивные костюмы (артикулы: 202789812 и 206430435) с использованием словесного обозначения "Fenomen", тождественного Товарному знаку.

Таким образом, Комиссией установлено, что Заявитель и Ответчик осуществляют реализацию спортивной одежды в географических границах Российской Федерации.

Факт использования Ответчиком в своей деятельности словесного обозначения "Fenomen" по состоянию на 04.02.2024 подтверждается фотографиями карточек товаров Ответчика, приложенными к заявлению ИП <...> Данное обозначение было нанесено на товары Ответчика, а также использовалось в их описании и в наименовании бренда.

ИП <...> обратился к ИП <...> с претензией, в которой указал на неправомерность использования данного обозначения, в связи с чем Ответчиком было заменено спорное обозначение на "Fenoten", которое, по мнению Заявителя, является сходным до степени смешения с Товарным знаком. Также ИП <...> подала заявку на регистрацию словесного обозначения "Fenoten" в качестве товарного знака в отношении товаров того же класса Международной классификации товаров и услуг (далее - МКТУ), что и Товарный знак Заявителя.

Комиссия установила следующую совокупность обстоятельств:

1. Реализация товаров производится Заявителем и Ответчиком на различных площадках ("ВКонтакте" и "Wildberries" соответственно);

2. Социологические исследования по вопросу смешения потребителями обозначения "Fenomen" Ответчика с Товарным знаком Заявителем не проводились. Заявитель указывал, что в период с 2023 по 2024 год ему по ошибке поступали вопросы, связанные с товарами, реализуемыми Ответчиком. При этом из соответствующих фотографий переписки следует, что Заявителю поступали вопросы о том, реализуется ли его товар на торговой площадке "Wildberries", однако обращавшиеся к нему лица не сообщали о том, что они обнаружили на данной площадке иного продавца однородного товара;

3. Материалы Дела не содержат и Заявителем не представлены доказательства того, что имеется вероятность для потребителя перепутать товары и купить один вместо другого либо формируется впечатление, что товар Ответчика каким-либо образом связан с Заявителем либо причастен к нему, относится к параллельной продуктовой линейке и т.п.;

4. В материалы Дела представлены доказательства того, что Ответчиком принимались меры, направленные на примирение с Заявителем;

5. Слово "Феномен", зарегистрированное в транслитерированном виде в качестве Товарного знака, не является фантазийным, поэтому Заявитель и Ответчик могли независимо друг от друга прийти к его использованию;

6. На дату вынесения Решения в карточках Товаров Ответчика обозначение "Fenomen" отсутствует.

С учетом изложенного, Комиссия пришла к выводу, что в действиях ИП <...> не усматривается наличие одного из обязательных элементов состава недобросовестной конкуренции (направленность на получение преимущества в предпринимательской деятельности).

Таким образом, Комиссией на основании пункта 1 части 1 статьи 48 Закона о защите конкуренции было прекращено рассмотрение Дела в отношении ИП <...> в связи с отсутствием нарушения пункта 1 статьи 14.6 Закона о защите конкуренции.

По результатам рассмотрения жалобы ИП <...> на решение Московского областного УФАС России от 20.11.2024 по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 050/01/14.6-1182/2024 Апелляционная коллегия установила следующее.

Российская Федерация является участником Парижской конвенции по охране промышленной собственности, статья 10.bis которой возлагает на страны - участницы обязанность обеспечить гражданам стран, участвующих в союзе, эффективную защиту от недобросовестной конкуренции.

В соответствии со статьей 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности подлежат запрету все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента.

Согласно пункту 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции конкуренция - это соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Недобросовестная конкуренция - это любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации (пункт 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

Таким образом, для выявления акта недобросовестной конкуренции необходимо наличие в действиях хозяйствующего субъекта всех признаков недобросовестной конкуренции, установленных в пункте 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, а именно:

- осуществление действий хозяйствующим субъектом - конкурентом;

- направленность действий хозяйствующего субъекта на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности;

- противоречие указанных действий положениям действующего законодательства, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости;

- причинение или способность причинения указанными действиями убытков другому хозяйствующему субъекту - конкуренту, либо нанесения ущерба его деловой репутации.

Недоказанность хотя бы одного из вышеперечисленных признаков влечет невозможность признания действий хозяйствующего субъекта актом недобросовестной конкуренции.

Кроме того, согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" при рассмотрении спора о нарушении запрета недобросовестной конкуренции должны быть установлены в совокупности:

- факт осуществления хозяйствующим субъектом действий, способных оказать влияние на состояние конкуренции;

- отличие избранного хозяйствующим субъектом способа конкуренции на рынке от поведения, которое в подобной ситуации ожидалось бы от любого субъекта, преследующего свой имущественный интерес, но не выходящего за пределы осуществления гражданских прав и честной деловой практики;

- направленность поведения хозяйствующего субъекта на получение преимущества, в частности имущественной выгоды или возможности ее извлечения, при осуществлении экономической деятельности за счет иных участников рынка, в том числе посредством оказания влияния на выбор покупателей (потребителей), на возможность иных хозяйствующих субъектов, конкурирующих добросовестно, извлекать преимущество из предложения товаров на рынке, на причинение вреда хозяйствующим субъектам - конкурентам иными подобными способами (например, в результате использования (умаления) чужой деловой репутации).

Пунктом 1 статьи 14.6 Закона о защите конкуренции установлено, что не допускается недобросовестная конкуренция путем совершения хозяйствующим субъектом действий (бездействия), способных вызвать смешение с деятельностью хозяйствующего субъекта - конкурента либо с товарами или услугами, вводимыми хозяйствующим субъектом - конкурентом в гражданский оборот на территории Российской Федерации, в том числе когда обозначение признается сходным до степени смешения с другим средством индивидуализации, незаконное использование обозначения, тождественного товарному знаку, фирменному наименованию, коммерческому обозначению, наименованию места происхождения товара хозяйствующего субъекта - конкурента либо сходного с ними до степени смешения, путем его размещения на товарах, этикетках, упаковках или использования иным образом в отношении товаров, которые продаются либо иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также путем его использования в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", включая размещение в доменном имени и при других способах адресации.

С учетом изложенного, для доказывания факта недобросовестной конкуренции необходимо выявление как специальных признаков, определенных нормами статей 14.1 - 14.7 Закона о защите конкуренции, так и общих признаков недобросовестной конкуренции, предусмотренных пунктом 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции и статьей 10.bis Парижской конвенции по охране промышленной собственности.

Апелляционная коллегия, изучив материалы Дела, соглашается с выводами Комиссии, изложенными в Решении.

Под смешением в целом следует понимать ситуацию, когда используемое спорное обозначение имело значение при принятии потребителем решения о приобретении данного товара, то есть потребитель одного товара отождествляет его с товаром другого производителя либо допускает, несмотря на имеющиеся отличия, вероятность производства указанных товаров одним лицом.

При этом для квалификации действий хозяйствующих субъектов как нарушающих запрет, установленный статьей 14.6 Закона о защите конкуренции, необходимо установить реальную возможность смешения потребителями товаров заявителя и товаров ответчика вследствие действий последнего, поскольку само по себе использование обозначения, тождественного товарному знаку лица, не свидетельствует об акте недобросовестной конкуренции в форме смешения.

В качестве акта недобросовестной конкуренции в форме смешения рассматривается использование обозначений, которые способны нести функцию индивидуализации: они обладают различительной способностью либо приобрели ее в силу использования. На основании восприятия таких обозначений потребитель идентифицирует товар как принадлежащий определенному производителю либо продавцу, в связи с чем использование таких обозначений иным субъектом способно вызвать смешение (данный вывод отражен в письме ФАС России от 22.08.2018 N АД/66643/18 "П").

Указанное подтверждает известность потребителю используемого заявителем обозначения как связанного именно с выпускаемым заявителем товаром и возникновение у потребителей впечатления, что предлагаемые к продаже товары связаны с правообладателем.

Данные обстоятельства могут устанавливаться социологическими и маркетинговыми исследованиями, а также подтверждаться фактами обращений потребителей к правообладателю с вопросами или претензиями по поводу товаров (услуг) предполагаемого нарушителя.

Последствием описанного недобросовестного поведения хозяйствующего субъекта на рынке является возможное перераспределение потребительского спроса от производителя оригинального товара в пользу товара конкурента - нарушителя в результате ошибочного приобретения потребителем товаров нарушителя (данный вывод отражен в письме ФАС России от 22.08.2018 N АД/66643/18 "П").

Таким образом, предполагаемый нарушитель получает преимущества в предпринимательской деятельности, что позволяет ему увеличить объем реализации своей продукции и, соответственно, получаемую прибыль.

В материалы Дела Заявителем были представлены документы, свидетельствующие о проводимых им мероприятиях, направленных на продвижение своего товара под обозначением "FENOMEN".

Вместе с тем в материалах Дела отсутствуют социологические или маркетинговые исследования, свидетельствующие о смешении товаров Заявителя и Ответчика. Сообщения потребителей, представленные Заявителем, содержат уточнение информации о его деятельности, в частности о каталоге товаров, их стоимости и площадках, на которых предлагаются к продаже товары Заявителя.

Следовательно, представленные документы не свидетельствуют об ошибочной покупке потребителями товаров ИП <...> вместо товаров ИП <...> и в целом возможности смешения товаров ИП <...> и Заявителя.

При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначения и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг. Вместе с тем использование исключительно неохраняемых элементов товарного знака не может быть признано нарушением (пункт 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015).

Как указано в Решении, слово "феномен" (FENOMEN, Fenomen) не является фантазийным, в связи с чем Заявитель и Ответчик могли прийти к его использованию независимо друг от друга.

Кроме того, Апелляционная коллегия обращает внимание, что вид товаров ИП <...> и ИП <...> отличается по фасону и цветовой гамме, также отличается шрифт Товарного знака "FENOMEN" и спорного обозначения "Fenomen".

Вопреки доводу ИП <...> вывод об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства в действиях ИП <...> был сделан не только на основании осуществления предпринимательской деятельности Заявителем и Ответчиком на различных площадках в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, а по результатам оценки всех доказательств, имеющихся в материалах Дела.

Таким образом, Апелляционная коллегия обращает внимание, что Комиссия при рассмотрении Дела приняла во внимание совокупность вышеуказанных обстоятельств при вынесении Решения.

С учетом изложенного, по мнению Апелляционной коллегии, в действиях ИП <...> отсутствует нарушение пункта 1 статьи 14.6 Закона о защите конкуренции.

Доводы Жалобы, исследованные Апелляционной коллегией, не являются основанием для отмены Решения Московского областного УФАС России по Делу.

На основании изложенного, Апелляционная коллегия установила, что Решение не нарушает единообразие практики применения антимонопольными органами норм антимонопольного законодательства.

Согласно пункту 1 части 10 статьи 23 Закона о защите конкуренции по итогам рассмотрения жалобы на решение и (или) предписание территориального антимонопольного органа коллегиальный орган вправе в том числе оставить жалобу без удовлетворения.

Руководствуясь частью 10 статьи 23 Закона о защите конкуренции, Апелляционная коллегия

жалобу ИП <...> на решение Московского областного УФАС России от 20.11.2024 по делу о нарушении антимонопольного законодательства N 050/01/14.6-1182/2024 оставить без удовлетворения.

Согласно части 15 статьи 23 Закона о защите конкуренции решение коллегиального органа, принятое по результатам пересмотра решения и (или) предписания территориального антимонопольного органа, вступает в силу с момента его размещения на официальном сайте федерального антимонопольного органа в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

В соответствии с частью 1.1 статьи 52 Закона о защите конкуренции решение по итогам рассмотрения жалобы на решение и (или) предписание антимонопольного органа может быть обжаловано в арбитражный суд в течение одного месяца с момента вступления в силу решения коллегиального органа федерального антимонопольного органа.