Решение Саратовское УФАС России от 06.06.2025 N 064/01/11-1134/2024

Резолютивная часть решения оглашена - 2 июня 2025 года.

В полном объеме решение изготовлено - 6 июня 2025 года.

Комиссия Управления Федеральной антимонопольной службы по Саратовской области по рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства в составе:

1. П.Э. Кошманов - заместитель руководителя, председатель Комиссии;

2. И.М. Гайсенова - начальник отдела контроля органов власти, член Комиссии;

3. Т.Е. Фирсова - старший государственный инспектор отдела контроля органов власти, член Комиссии;

рассмотрев дело N 064/01/11-1134/2024 по признакам нарушения МАУ ДО "Д" МО "Город Саратов" и ИП М. (ОГРНИП <...>, ИНН <...>) части 4 статьи 11, в том числе пункта 3 части 4 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон о защите конкуренции)

В Саратовское УФАС России поступила информация Контрольно-счетной палаты муниципального образования "Город Саратов" о возможных нарушениях антимонопольного законодательства в действиях МАУ ДО "Д" МО "Город Саратов" и ИП М. в связи с заключением договоров с единственным поставщиком.

Целями Закона о защите конкуренции являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков (часть 2 статьи 1 Закона о защите конкуренции).

В части 1 статьи 3 Закона о защите конкуренции указано, что настоящий Федеральный закон распространяется на отношения, которые связаны с защитой конкуренции, в том числе с предупреждением и пресечением монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции, и в которых участвуют российские юридические лица и иностранные юридические лица, федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления, иные осуществляющие функции указанных органов органы или организации, а также государственные внебюджетные фонды, Центральный банк Российской Федерации, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели.

Статьей 4 Закона о защите конкуренции предусматривается, что конкуренция представляет собой соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Признаки ограничения конкуренции приведены в пункте 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции к числу которых относится сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке, рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке, отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке, определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке, иные обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке, а также установление органами государственной власти, органами местного самоуправления, организациями, участвующими в предоставлении государственных или муниципальных услуг, при участии в предоставлении таких услуг требований к товарам или к хозяйствующим субъектам, не предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Требования Закона о защите конкуренции применимы к закупкам, проводимым в порядке Федеральных законов, в том числе Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд".

Согласно статье 1 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе) настоящий Федеральный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 3 Закона о контрактной системе к принципам, которыми должны руководствоваться заказчики при закупке товаров, работ, услуг, относятся равноправие (отсутствие дискриминации) участников закупки и недопустимость необоснованного ограничения конкуренции.

В соответствии с частью 1 статьи 3 Закона о контрактной системе при закупке товаров, работ, услуг заказчики руководствуются принципами об информационной открытости закупки, равноправии, справедливости, отсутствии дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки, целевом и экономически эффективном расходовании денежных средств и реализации мер, направленных на сокращение издержек заказчика, отсутствии ограничения допуска к участию в закупке путем установления не измеряемых требований к участникам закупки.

Саратовским УФАС России установлены следующие обстоятельства. Контрольно-счетной палатой муниципального образования "Город Саратов" проведено контрольное мероприятие "Проверка законности и эффективности использования бюджетных средств, направленных в 2022 - 2023 году в рамках реализации муниципальной программы "Развитие культуры в муниципальном образовании "Город Саратов" на 2021 - 2023 годы в части выполнения задач федерального проекта "Культурная среда" на реконструкцию здания МАУДО "Д" муниципального образования "Город Саратов".

Установлено, что проведение мероприятий по реконструкции здания МАУДО "Д" по адресу: <...> осуществлялось в рамках муниципальной программы "Развитие культуры в муниципальном образовании "Город Саратов" на 2021 - 2023 годы в части выполнения задач федерального проекта "Культурная среда", утвержденной постановлением администрации муниципального образования "Город Саратов" от 13.10.2020 N 2030.

Источниками финансирования мероприятий муниципальной программы являются средства федерального, областного бюджетов и бюджета города.

Таким образом, денежные средства на проведение мероприятий по реконструкции здания МАУДО "Д" были запланированы в рамках единой статьи бюджетных расходов, следовательно МАУДО "Д" располагало сведениями о наличии данной статьи бюджетных расходов и планируемом заключении контрактов в соответствии с определенной целью расходования бюджетных средств.

Расходование средств на реконструкцию здания осуществлялось МАУДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" (далее - Учреждение) в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе).

Разработка проектной документации по объекту "Реконструкция здания МАУ ДО "Д" осуществлялась ООО "Н" (контракта от 22.04.2022 N 456).

Положительное заключение государственной экспертизы ГАУ "С" N 64-1-1-3-042884-2022 проектной документации и результатов инженерных изысканий получено 30.06.2022.

В 2023 году возникла необходимость внесения изменений в проектную документацию.

На внесение изменений в проектную документацию с ООО "Н" был заключен договор от 16.01.2023 N 469.

Согласно обновленному заданию на проектирование корректировка проекта произведена в связи с пристройкой к основному зданию новой эвакуационной лестничной клетки.

Таким образом, выполнение работ по строительству (реконструкции) пристройки к основному зданию эвакуационной лестничной клетки осуществлялось на основании единой проектно-сметной документации, следовательно потребность в данных работах была известна Учреждению.

В рамках работ по реконструкции здания на основании пункта 5 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе Учреждением заключено 2 контракта с ИП М. на строительство пристройки пожарного выхода, включая общестроительные и отделочные работы:

1. Контракт от 17.05.2023 N 3 на выполнение работ по строительству (реконструкции) объекта капитального строительства: "Реконструкция здания МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" по адресу: <...> с ИП М. на сумму 575,3 тыс. рублей.

Начало выполнения работ - с 17.05.2023 (п. 1.2 контракта). Завершение выполнения работ - 10.07.2023 (п. 1.2 контракта).

Согласно п. 1.1 Контракта подрядчик обязуется выполнить следующие работы: Пристройка пожарного выхода. Общестроительные работы.

Согласно актам о приемке выполненных работ по форме КС-2 (от 09.06.2023 N 1 на сумму 426,2 тыс. рублей, от 10.07.2023 N 2 на сумму 149,1 тыс. рублей), а также платежным поручениям (п/п от 09.06.2023 N 17 на сумму 426,2 тыс. рублей, п/п от 13.07.2023 N 19 на сумму 149,1 тыс. рублей), услуги работы выполнены и оплачены в полном объеме.

2. Контракт от 22.05.2023 N 4 на выполнение работ по строительству (реконструкции) объекта капитального строительства: "Реконструкция здания МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" по адресу: <...> с ИП М. на сумму 390,5 тыс. рублей.

Начало выполнения работ - с 22.05.2023 (п. 1.2 контракта). Завершение выполнения работ - 10.07.2023 (п. 1.2 контракта).

Согласно п. 1.1 Контракта подрядчик обязуется выполнить следующие работы: Пристройка пожарного выхода. Отделочные работы.

Согласно актам о приемке выполненных работ по форме КС-2 (от 15.06.2023 N 1 на сумму 248,1 тыс. рублей, от 10.07.2023 N 2 на сумму 142,4 тыс. рублей), а также платежным поручениям (п/п от 08.06.2023 N 3 на сумму 117,2 тыс. рублей, п/п от 12.07.2023 N 18 на сумму 130,9 тыс. рублей, п/п от 13.07.2023 N 20 на сумму 142,4 тыс. рублей), услуги работы выполнены и оплачены в полном.

Сторонами не оспаривается, что договоры заключены МАУ ДО "Д" с ИП М. как с единственным поставщиком, то есть на сумму, не превышающую 600 000 руб.

При этом фактически указанные договоры направлены на достижение одной хозяйственной цели - пристройка пожарного выхода, заключены в короткий временной промежуток (17.05.2023, 22.05.2023), завершение выполнения работ - 10.07.2023.

МАУ ДО "Д" представлены письменные пояснения от 10.07.2024, что Учреждением были сделаны запросы по предоставлению ценовых предложений следующим участникам рынка: ООО "И", ИП П., ИП М., ООО "Г".

У хозяйствующих субъектов запрашивалось ценовое предложение на определенный вид работ - обустройство эвакуационного выхода со второго этажа здания.

Разделения по видам работ: общестроительные работы, отделочные работы в запросе не было.

От хозяйствующих субъектов поступили следующие ценовые предложения:

Наличие двух ценовых предложений от ИП М., ИП П. и по одному ценовому предложению от ООО "Г", ООО "И" создает неопределенность по порядку расчета НМЦК, что не способствует объективному формированию НМЦК.

Таким образом, хотя каждый из рассматриваемых договоров формально и подпадал под действие пунктов 4 и 5 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе, однако, исходя из их общей цели по строительству пристройки пожарного выхода, в совокупности все договоры представляли собой единую сделку, заключенную одними и теми же сторонами, искусственно раздробленную и оформленную самостоятельными контрактами на поставку одного и того же вида продукции.

При таких обстоятельствах Комиссия пришла к выводу, что целью заключения оспариваемых договоров являлся обход проведения конкурентных процедур, предусмотренных Законом о контрактной системе, что ведет к нарушению прав третьих лиц (потенциальных поставщиков), нарушает и публичные интересы (поскольку при отсутствии конкурентной закупочной процедуры не определялись наилучшие условия исполнения контракта), соответственно не достигнуты цели, для которых принят Закон о контрактной системе.

В данном случае Учреждение для обеспечения собственных нужд и в целях соблюдения законодательства о закупках могло организовать проведение аукциона в электронной форме, однако этого не сделало.

Ссылка Учреждения о том, что имелась крайняя необходимость в кратчайшие сроки заключить новые договоры в связи со значительными временными затратами несостоятельна, Учреждение в январе 2023 знало о потребности в указанных работах.

Обстоятельства, при которых заключены договоры, не относятся к числу исключительных (экстраординарных) случаев, не терпящих отлагательства.

Кроме того, материалами дела установлено, что в феврале 2023 года Учреждением объявлен аукцион на реконструкцию здания МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" по адресу: <...>, начальная цена 41 968 842,00 руб. на участие в котором подано 2 заявки от участников.

По итогам состоявшегося аукциона заключен договор, цена которого составляет 39 240 867,27 руб.

Таким образом, на примере закупочной деятельности Учреждения можно говорить о том, что информационная открытость закупки, которая выражается в проведении конкурентной процедуры, не только исключат необоснованное ограничение конкуренции по отношению к участникам закупки, но и позволяет эффективно расходовать бюджетные средства на приобретение товаров, достичь экономии средств.

Для целей экономической эффективности закупка товаров, работ, услуг у единственного поставщика целесообразна в случае, если такие товары, работы, услуги обращаются на низкоконкурентных рынках, или проведение конкурсных, аукционных процедур нецелесообразно по объективным причинам, например, ликвидация последствий чрезвычайных ситуаций, последствий непреодолимой силы (пункт 9 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Закона о закупках (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.05.2018)). Аналогичный вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.09.2021 N 306-ЭС21-13429 по делу N А57-6544/2020.

Рынок строительных работ в г. Саратове является конкурентным, Учреждением не представлено доказательств, что заявителем, что закупка у единственного поставщика была обусловлена чрезвычайным событием.

Так, юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии совокупности ее существенных характеристик: чрезвычайности и непредотвратимости.

Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы "нормального", обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Чрезвычайный характер непреодолимой силы не допускает квалификации в качестве таковой любого жизненного факта, ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость.

Указанная правовая позиция по применению пункта 3 статьи 401 ГК РФ неоднократно выражена в судебных актах Верховного Суда Российской Федерации, в частности в определении от 24.03.2015 N 306-ЭС14-7853.

При указанных обстоятельствах основания для проведения закупки услуг неконкурентным способом отсутствовали.

В рассматриваемом МАУ ДО "Д" заключило 2 контракта с одним лицом ИП М. на общую сумму в размере 965 813, 51 руб. с одинаковым предметом закупки - реконструкция здания МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" по адресу: <...> путем "дробления" закупок, то есть разделением закупки на несколько маленьких частей, цены которых при этом являются меньше общей стоимости контракта, что в свою очередь позволяет заключению подобного рода контрактов в обход конкурентных процедур, установленных требованиями законодательства о контрактной системе.

При этом каждая закупка в отдельности не приводит к достижению цели заказчика, и только заключение и исполнение всех контрактов в совокупности достигает целей закупки. По контрактам сторонами являются одни и те же лица, предмет контрактов един, срок заключения и срок исполнения контрактов один.

Искусственное "дробление" единой закупки на множество закупок до суммы один миллион рублей, в целях избежания конкурентных процедур, не соответствует целям введения такой возможности заключения контракта без проведения конкурентных процедур.

В этой связи спорные контракты фактически образуют 1 единую сделку, искусственно раздробленную и оформленную двумя самостоятельными контрактами без проведения конкурентных процедур для формального соблюдения установленного Законом о контрактной системе ограничения (о возможности осуществления закупки у единственного подрядчика на сумму, не превышающую шестисот тысяч рублей) с целью уйти от соблюдения конкурентных процедур, предусмотренных законодательством о закупках, что препятствует развитию добросовестной конкуренции и эффективному использованию бюджетных денежных средств.

Учитывая изложенное Учреждением осуществлено искусственное дробление объекта закупки в целях обойти Закон о контрактной системе, и создать формальные условия для заключения договоров с единственным поставщиком, когда фактически основания для этого отсутствовали.

При этом ИП М., являясь профессиональным участником рынка, не могло не знать о том, что договоры заключаются с нарушением установленных требований.

Избрание заказчиком способа закупки, который повлек за собой необоснованное ограничение круга потенциальных участников, нарушает принципы Закона о контрактной системе.

Дробление закупки на однотипные договоры, не отличающиеся ни по содержанию, ни по условиям, сумма по каждому из которых не превышает предусмотренного законом ограничения, свидетельствует о намерении сторон избежать необходимости проведения конкурентных процедур при осуществлении закупки с целью заключения сделки с единственным подрядчиком.

Закон о защите конкуренции содержит специальное определение соглашения, которое подлежит применению при оценке факта правонарушения в сфере антимонопольного законодательства.

Под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме (пункт 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2010 N 9966/10 по делу N А27-12323/2009, согласно которой возможность доказывания согласованных действий через их результат в отсутствие документального подтверждения наличия договоренности об их совершении применима только к согласованным действиям, а не к соглашениям.

Соглашения заключаются (достигаются) посредством устных договоренностей, электронной переписки либо конклюдентных действий участников, не являющихся его инициаторами.

Установленный указанной нормой запрет ориентирован на органы публичной власти и распространяется на акты и действия указанных органов в сфере публичных правоотношений.

Этот запрет преследует цель предотвращения негативного влияния органов власти на конкурентную среду с помощью административных, властных методов воздействия, в том числе путем соглашения с хозяйствующим субъектом.

Законом о защите конкуренции не установлены специальные требования к форме соглашения хозяйствующих субъектов, направленного на ограничение конкуренции.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2010 N 9966/10 разъяснил, что Закон о защите конкуренции содержит специальное определение понятия соглашения для целей применения антимонопольного законодательства.

Нормы Гражданского кодекса РФ применению в данном случае не подлежат.

В пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 разъяснено, что факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленный гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан, в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов.

Законодательством не определено и не может быть определено, какие доказательства его подтверждают, а также не установлены и не могут быть установлены требования к форме подтверждающих документов.

Антиконкурентное соглашение подобно сделке, которая может быть совершена устно и считается в соответствии с частью 2 статьи 158 ГК РФ совершенной также в том случае, когда из поведения лица явствует его воля совершить сделку.

Поэтому с учетом фактических действий сторон подобное устное соглашение может быть признано заключенным, исполняющимся или исполненным.

Таким образом, соглашение по смыслу антимонопольного законодательства не равнозначно понятию гражданско-правового договора.

Соглашение является выражением воли двух или более участников.

Согласованность выражается, во-первых, в осведомленности каждого из участников о намерении другого участника действовать определенным образом. Во-вторых, согласованность воли невозможна без намерения каждого из участников действовать сообразно с известными ему предполагаемыми действиями других участников.

При этом помимо письменного и устного соглашения, оно может быть заключено посредством конклюдентных действий.

Данные обстоятельства могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам, в частности в виде упущенной выгоды от невозможности принять участие в рассматриваемой закупке.

Отдавая в отдельных случаях предпочтение такому способу как осуществление закупки у единственного поставщика, заказчик должен иметь разумные и объективные причины, объясняющие, что применение конкурентных процедур либо является неэффективным (например, если товарный рынок ограничен или цены на объект закупки колеблются в узком диапазоне), либо в значительной степени лишает заказчика того результата, который он намеревался достичь, планируя закупку (осуществление срочного размещения заказа, закупка на товарном рынке, где преобладает недобросовестная конкуренция). В ином случае выбор данного неконкурентного способа размещения заказа представляет собой злоупотребление правом, намеренное уклонение от конкурентных процедур вопреки принципам осуществления закупок, а также целям правового регулирования в данной сфере.

В данном случае договоры имеют направленность на достижение единой хозяйственной цели, сторонами по ним являются одни и те же лица, имеющие обоюдный интерес по организации питания проживающих.

Кроме того, по сроку действия договоры следуют один за другим, то есть, по сути предусмотрен один непрерывный длительный срок.

Соответственно, договоры образуют одну сделку, искусственно раздробленную и оформленную множеством договоров.

При этом ответчиками не представлены доказательства, подтверждающие исключительность ситуации, когда заключение государственных контрактов с единственным поставщиком является единственно возможным и целесообразным (статья 65 АПК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3(2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, в тех случаях, когда требуется проведение публичных процедур, подразумевающих состязательность хозяйствующих субъектов, их непроведение, за исключением случаев, допускаемых законом, не может не влиять на конкуренцию, поскольку лишь при публичном объявлении торгов в установленном порядке могут быть выявлены потенциальные желающие получить товары, работы, услуги, доступ к соответствующему товарному рынку либо право ведения деятельности на нем. Искусственное "дробление" единой закупки на множество закупок, в целях исключения публичных процедур, не соответствует целям введения такой возможности заключения контракта без проведения конкурентных процедур.

Заключение договоров в обход публичных процедур предполагает наличие вины всех сторон соглашения, поскольку оно заключено в целях недопущения конкуренции и получения права на выполнение строительных работ в приоритетном порядке. Подобный порядок заключения договоров оказывает негативное влияние на деятельность конкурентов рассматриваемого рынка, что приводит или может привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции.

Саратовское УФАС России полагает, что тождественность предмета закупки, суммы, сроки заключения договоров и их исполнение ИП М., МАУ ДО "Д" свидетельствуют о наличии факта дробления указанных сделок в целях их заключения с единственным поставщиком в обход конкурентной процедуры, из чего следует, что ИП М. была поставлена в преимущественное положение с иными потенциальными хозяйствующими субъектами, осуществляющими аналогичную деятельность.

Заключение антиконкурентного соглашения между ИП М., МАУ ДО "Д" подтверждается тем, что у ИП М., МАУ ДО "Д" имелась возможность не заключать прямые договоры на выполнение работ, а заключить договоры по итогам проведения конкурентных процедур Учреждение на принципах добросовестности, соперничества, однако, они не предприняли мер для оказания соответствующих услуг на названных принципах, а направленность их действий свидетельствует о намеренном совершении указанных противоправных действий.

Доказательства, свидетельствующие о принятии ИП М., МАУ ДО "Д" всех зависящих от них мер для соблюдения требований Закона о защите конкуренции и Закона о контрактной системе, отсутствуют.

Действия ИП М., МАУ ДО "Д" не соответствуют принципу обеспечения конкуренции, поскольку в результате заключения вышеуказанных договоров ИП М. была поставлена в преимущественное положение по сравнению с иными потенциальными исполнителями оказания строительных услуг.

Указанными действиями фактически устраняется конкуренция, гласность и прозрачность осуществления закупок.

Подтверждением наличия антиконкурентного соглашения может служить определенная модель поведения участников соглашения.

Указанная модель поведения ИП М., МАУ ДО "Д" свидетельствует о направленности умысла названных хозяйствующих субъектов на заключение антиконкурентного соглашения, в результате которого другим хозяйствующим субъектам создалось препятствие доступу на товарный рынок.

Таким образом, в действиях ИП М., МАУ ДО "Д" установлены признаки нарушения пункта 3 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции, выразившееся в заключении антиконкуретного соглашения, которое приводит к ограничению конкуренции на рынке строительных работ.

Согласно части 5.1 статьи 45 Закона о защите конкуренции, при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган проводит анализ состояния конкуренции в объеме, необходимом для принятия решения о наличии или об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства.

Саратовским УФАС России проведен анализ с целью полного, объективного, всестороннего исследования конкуренции на открытых аукционах в электронной форме, рассматриваемых в рамках дела о нарушении антимонопольного законодательства N 064/01/11-1134/2024 в соответствии с Порядком проведения анализа и оценки состояния конкурентной среды на товарном рынке, утвержденным приказом ФАС России от 28.04.2010 года N 220 и зарегистрированным в Минюсте РФ 02.08.2010 года N 18026.

Анализ состояния конкурентной среды осуществлен в соответствии со следующими нормативными актами:

- Федеральным законом от 26.07.2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции";

- Федеральным законом от 05.04.2013 года N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе);

- Порядком проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке, утвержденный Приказом ФАС России от 28.04.2010 года N 220;

По результатам проведения анализа состояния конкуренции в рамках рассмотрения дела N 064/01/11-1134/2024 установлено следующее.

- временной интервал настоящего исследования определен 17.05.2023 - 22.05.2023 (дата заключения договоров "Реконструкция здания МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" по адресу: <...>);

- продуктовые границы товарного рынка - реконструкция зданий в г. Саратове;

- географические границы товарного рынка определены как административные границы муниципального образования города Саратова Саратовской области;

Исходя из изложенного, Комиссия Саратовского УФАС России по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства, учитывая совокупность имеющихся доказательств, приходит к выводу о необходимости квалифицировать действия ИП М., МАУ ДО "Д" по пункту 3 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Нарушение выразилось в заключении антиконкурентного соглашения между ИП М., МАУ ДО "Д", которое привело (могло привести) к ограничению доступа на товарный рынок при заключении и исполнении контрактов на реконструкцию здания МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" по адресу: <...> фактически образующих 1 сделку, раздробленную на 2 договора, с единственным исполнителем - ИП М. без проведения конкурентных процедур.

На заключение об обстоятельствах дела МАУ ДО "Д" представлены пояснения от 06.05.2025 вх. N 4822/25, в которых указывается несогласие с выводами Комиссии.

Указание в тексте заключения об обстоятельствах дела N 064/01/11-1134/2024 вид работ "ремонт фасада здания и асфальтобетонного покрытия", ссылки на положения Федерального закона от 18.07.2011 N 223-ФЗ "О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц" является опиской, из текста решения исключены.

Доводы МАУ ДО "Д" о несогласии с выводами Комиссии о наличии антиконкурентного соглашения и нарушении пункта 3 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции, не нашли своего правового и/или иного обоснования.

В связи с изложенным, Комиссия Саратовского УФАС России по рассмотрению дела N 064/01/11-1134/2024 о нарушении антимонопольного законодательства, учитывая совокупность имеющихся доказательств, приходит к выводу о необходимости квалифицировать действия ИП М., МАУ ДО "Д" по признакам нарушения пункта 3 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

В силу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Из вышеизложенных положений законодательства следует, что ИП М., МАУ ДО "Д" являлись профессиональными участниками товарного рынка, обладающими необходимыми компетенциями, знаниями, обязаны были в соответствии с принципами гражданского оборота действовать разумно и добросовестно, соотносить свои действия с вытекающими из них последствиями и угрозами.

Действуя разумно, соблюдая требования действующего законодательства данные лица имели возможность не заключать антиконкурентное соглашение.

Указанная модель поведения ИП М., МАУ ДО "Д" свидетельствует о направленности умысла названных хозяйствующих субъектов на заключение антиконкурентного соглашения, в результате которого другим хозяйствующим субъектам создалось препятствие доступу на товарный рынок.

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 24.06.2009 N 11-П необходимым элементом общего понятия состава правонарушения и предпосылкой возложения юридической ответственности является вина привлекаемого к ней лица.

Административный орган не может ограничиваться формальной констатацией лишь факта нарушения установленных законом правил, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства, в том числе наличие или отсутствие вины соответствующих субъектов.

Действующее законодательство определяет вину юридического лица (как субъекта административного правонарушения, не обладающего возможностью психического отношения к совершенному противоправному деянию) как наличие у него возможности для соблюдения правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, и непринятии всех зависящих от него мер по их соблюдению.

Следовательно, в отношении юридических лиц требуется лишь установление того, что у соответствующего лица имелась возможность для соблюдения норм законодательства, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Вина ИП М., МАУ ДО "Д" выражается в том, что у указанных лиц имелась возможность не заключать Контракт без проведения конкурентных процедур и не осуществлять последующую оплату за выполнение работ по Контракту, а провести конкурентные процедуры, по итогам которых заключить контракты на принципах добросовестности, открытости, соперничества, однако, МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" и ИП М. не предприняли мер для оказания соответствующих услуг на названных принципах, а направленность их действий свидетельствует о намеренном совершении указанных противоправных действий.

Доказательства, свидетельствующие о принятии МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" и ИП М. всех зависящих от них мер для соблюдения правил и норм, за нарушение которых антимонопольным законодательством предусмотрена ответственность, отсутствуют.

Руководствуясь статьей 23, частью 1 статьи 39, частями 1 - 4 статьи 41, статьей 48, частью 1 статьи 49 Закона о защите конкуренции,

1. Основания для прекращения производства по делу N 064/01/11-1134/2024 в отношении МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" (ИНН: <...>), ИП М. (ОГРНИП <...>, ИНН <...>) о нарушении пункта 3 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции, отсутствуют.

2. Признать МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов" (ИНН: <...>), ИП М. (ОГРНИП <...>, ИНН <...>) нарушившими пункт 3 части 4 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

3. Выдать МАУ ДО "Д" муниципального образования "Город Саратов", ИП М. предписание о прекращении ограничивающего конкуренцию соглашения.

4. Передать соответствующему должностному лицу Саратовского УФАС России материалы настоящего дела для рассмотрения вопроса о возбуждении административного производства по выявленным признакам административного правонарушения.