Решение Бурятское УФАС России от 06.06.2025 N 003/01/14.4-946/2024

Резолютивная часть решения оглашена "28" мая 2025 года

В полном объеме решение изготовлено "06" июня 2025 года

Комиссия Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства (далее - Комиссия Бурятского УФАС России) в составе:

Председателя Комиссии:

<...>;

Членов Комиссии:

<...>;

<...>;

рассмотрев дело N 003/01/14.4-946/2024 по признакам нарушения Обществом с ограниченной ответственностью <...> (ИНН <...>, ОГРН <...>, адрес нахождения юридического лица: 670034, <...>, далее - ООО <...>) части 1 статьи 14.4 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон о защите конкуренции), выразившегося в приобретении и использовании исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ и услуг (далее - средства индивидуализации) в условиях наличия признаков недобросовестной конкуренции,

при участии:

представителя заявителя - <...>, полномочия подтверждены доверенностью от 30.08.2024 N б/н;

представителей ответчика - <...>, полномочия подтверждены доверенностью от 17.12.2024 N 32,

В Управление Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия (далее - Бурятское УФАС России) поступило заявление Общества с ограниченной ответственностью <...> (ИНН <...>, ОГРН <...>, адрес нахождения юридического лица: 347382, <...>, далее - ООО <...>) от 13.09.2024 N 5001/24 о наличии в действиях ООО <...> признаков нарушения антимонопольного законодательства в части запрета на недобросовестную конкуренцию, связанную с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ или услуг, предусмотренного частью 1 статьи 14.4 Закона о защите конкуренции.

В соответствии с пунктом 13.3 Административного регламента Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации, утвержденного приказом ФАС России от 25.05.2012 N 339 и пунктом 1.4.3 Правил передачи антимонопольным органом заявлений, материалов, дел о нарушении антимонопольного законодательства на рассмотрение в другой антимонопольный орган, утвержденных приказом ФАС России от 01.08.2007 N 244, установлена обязанность территориального антимонопольного органа направить заявление, материалы, дело в ФАС России для решения вопроса о рассмотрении заявления, материалов, дела, если будет установлено, что предполагаемое нарушение совершено на территории деятельности двух и более территориальных органов.

Бурятским УФАС России в адрес ФАС России направлено ходатайство от 08.11.2024 N ИБ/3629/24 о наделении полномочиями на рассмотрение заявления о нарушении антимонопольного законодательства или о разрешении вопроса о принятии ФАС России заявления к своему производству.

ФАС России письмом от 25.11.2024 N 6385-ЭП/24 уведомили о наделении Бурятского УФАС России полномочиями на рассмотрение заявления по существу и, в случае, обнаружения признаков нарушения антимонопольного законодательства принятие соответствующего решения.

По результатам рассмотрения указанного заявления был издан приказ Бурятского УФАС России от 13.12.2024 N 168/24 о возбуждении дела и создании Комиссии по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства. Рассмотрение дела назначено на 17 января 2025 года определением от 19.12.2024 N ИБ/4233/24 о назначении дела N 003/01/14.4-946/2024 о нарушении антимонопольного законодательства к рассмотрению. К участию в рассмотрении дела привлечены: в качестве заявителя - ООО <...>; в качестве ответчика - ООО <...>.

По результатам изучения фактических и иных обстоятельств дела, в том числе обстоятельств, установленных в ходе проведения антимонопольным органом анализа состояния конкуренции, Комиссией Бурятского УФАС России установлено следующее.

Ответчик ООО <...> зарегистрирован в качестве юридического лица с 24.12.2007, осуществляет основной вид деятельности по направлению 86.21 "Общая врачебная практика", дополнительный вид деятельности по направлению 86.90.9 "Деятельность в области медицины прочая, не включенная в другие группировки" на территориях Курганской и Тюменской областей.

Заявитель ООО <...> зарегистрирован в качестве юридического лица с 05.06.2015, осуществляет основной вид деятельности 86.90.9 по направлению "Деятельность в области медицины прочая, не включенная в другие группировки", дополнительные виды деятельности по направлениям 46.64 "Торговля оптовая фармацевтической продукцией", 47.73 "Торговля розничная лекарственными средствами в специализированных магазинах (аптеках)", 47.74 "Торговля розничная изделиями, применяемыми в медицинских изделиях, ортопедическими изделиями в специализированных магазинах", 47.75 "Торговля розничная косметическими и товарами личной гигиены в специализированных магазинах", 68.20.2 "Аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом", 77.29.9 "Прокат прочих бытовых изделий и предметов личного пользования для домашних хозяйств, предприятий и организаций, не включенные в другие группировки", 77.39.26 "Аренда и лизинг приборов, аппаратов и прочего оборудования, применяемого в медицинских целях", 82.99 "Деятельность по предоставлению прочих вспомогательных услуг для бизнеса, не включенная в другие группировки", 86.10 "Деятельность больничных организаций", 86.21 "Общая врачебная практика", 86.23 "Стоматологическая практика", 96.04 "Деятельность физкультурно-оздоровительная" на территории Ростовской области.

ООО <...> с зарегистрированным сокращенным наименованием ООО <...> в период с момента регистрации юридического лица по декабрь 2019 года использовало коммерческое обозначение <...> (рис. 1).

Рис. 1. Коммерческое обозначение ответчика ООО <...>

В последующем ООО <...> осуществили подачу заявки на государственную регистрацию товарного знака с использованием словесного обозначения <...> 08.11.2022, в результате чего произведена государственная регистрация изображения товарного знака от 01.11.2023 N 977463 (рис. 2).

Рис. 2. Товарный знак ответчика ООО <...>.

После регистрации товарного знака с использованием словесного обозначения <...> ООО <...> направили в адрес юридических лиц, использующих словесное обозначение <...> претензии об устранении нарушения исключительного права на товарный знак. В том числе претензия об устранении нарушения исключительного права на товарный знак от 17.06.2024 N б/н поступила и в адрес ООО <...>, в соответствии с которой ООО <...> необходимо незамедлительно прекратить использование обозначения <...> на страницах интернет-сайтов: https://www.medline vd.ru, https://vk.com/medline.volgodonsk, а также прекратить использование словесного обозначения <...> на вывесках здания, расположенного по адресу: <...> (рис. 3); незамедлительно прекратить любое использование обозначения <...> при оказании услуг, однородным услугам, в отношении которого зарегистрирован товарный знак ООО <...>, в том числе в рекламе, содержащей информацию о таких услугах; выплатить ООО <...>, как правообладателю товарного знака, компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 1 000 000 руб.

Рис. 3. Коммерческое обозначение заявителя ООО <...>

Кроме того, ООО <...> направили в адрес ООО <...> предложение о досудебном урегулировании спора от 17.07.2024, в котором выразили согласие на снижение суммы компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак до 350 000 руб., а также готовность к рассмотрению вопроса о заключении с ООО <...> лицензионного договора о предоставлении неисключительной лицензии на товарный знак с установлением оплаты за использование товарного знака в размере 100 000 руб. за 1 год использования товарного знака.

ООО <...>, не согласившись с доводами, изложенными в претензии об устранении нарушения исключительного права на товарный знак и предложении о досудебном урегулировании спора, направили заявление в адрес Бурятского УФАС России о наличии в действиях ООО <...> признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Федеральной службой по интеллектуальной собственности по запросу Бурятского УФАС России подготовлена справка от 02.11.2024 N 5960-ЭП/24 по результатам исследования на предмет степени сходства товарного знака, правообладателем которого является ООО <...> и коммерческого обозначения, используемого в своей деятельности ООО <...>. Так, в справке изложены следующие выводы об однородности товаров (услуг) и степени сходства товарного знака.

"Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц исследуемое обозначение используется в отношении следующих видов услуг: "деятельность в области медицины прочая, не включенная в другие группировки", "деятельность больничных организаций", "общая врачебная практика", которые являются однородными услугам "больницы", "помощь медицинская", "услуги медицинских клиник", "услуги медицинского анализа для диагностических и лечебных целей, представляемые медицинскими лабораториями", "услуги терапевтические" 44 класса Международной классификации товаров и услуг, для индивидуализации которых, в том числе зарегистрирован товарный знак по свидетельству N 977463.

При установлении однородности услуг принимались во внимание: вид услуг, общий круг потребителей.

Обозначение, используемое ООО <...> является сходным с товарным знаком по свидетельству N 977463, принадлежащему ООО <...>, поскольку ассоциируется с ним в целом в силу фонетического тождества и графического сходства словесных элементов <...>, при этом услуги, в отношении которых используется указанное обозначение, и услуги, в отношении которых зарегистрирован товарный знак по свидетельству N 977463, являются однородными, в связи с чем имеются основания для вывода о смешении обозначений".

В соответствии с частью 1 статьи 14.4 Закона о защите конкуренции не допускается недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ или услуг.

В силу пункта 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции под недобросовестной конкуренцией понимаются любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

Согласно правовой позиции, изложенной в письме Федеральной антимонопольной службы от 26.08.2019 N АК/74286/19 "Об особенностях рассмотрения дел о нарушении запрета, установленного статьей 14.4 Закона о защите конкуренции" для выявления акта недобросовестной конкуренции необходимо наличие в действиях хозяйствующего субъекта всех признаков недобросовестной конкуренции, установленных в пункте 9 статьи 4 Закона о защите конкуренции, а именно:

- осуществление действий хозяйствующим субъектом - конкурентом;

- направленность действий хозяйствующего субъекта на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности;

- противоречие указанных действий положениям действующего законодательства, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости;

- причинение или способность причинения указанными действиями убытков другому хозяйствующему субъекту - конкуренту, либо нанесения ущерба его деловой репутации.

Недоказанность хотя бы одного из вышеперечисленных признаков исключает признание действий хозяйствующего субъекта актом недобросовестной конкуренции.

Анализ судебных актов, принятых СИПом по данной категории дел, показывает, что для признания действий правообладателя по приобретению и использованию исключительного права на товарный знак актом недобросовестной конкуренции в рамках рассмотрения судебного дела СИП устанавливает следующие обстоятельства:

- факт использования спорного обозначения иными лицами до даты подачи ответчиком (под ответчиком понимается правообладатель соответствующего товарного знака) заявки на регистрацию этого обозначения в качестве товарного знака;

- известность ответчику факта использования такого обозначения иными лицами до даты подачи им заявки на регистрацию его в качестве товарного знака;

- наличие на момент подачи ответчиком заявки на регистрацию этого обозначения в качестве товарного знака конкурентных отношений между ответчиком и истцом;

- наличие у ответчика намерения (цели) посредством приобретения исключительного права на такое обозначение (приобретение монополии на него) причинить вред истцу или вытеснить его с товарного рынка путем предъявления требований, направленных на пресечение использования спорного обозначения, либо получить необоснованные преимущества за счет использования обозначения, известного потребителю ранее в связи с деятельностью истца;

- причинение либо вероятность причинения истцу вреда путем предъявления требований о прекращении использования спорного обозначения.

В процессе рассмотрения Комиссией антимонопольного органа дела о нарушении антимонопольного законодательства были установлены все признаки недобросовестной конкуренции в действиях ООО <...> с учетом содержания статьи 14.4 Закона о защите конкуренции и Письма Федеральной антимонопольной службы от 26.08.2019 N АК/74286/19 "Об особенностях рассмотрения дел о нарушении запрета, установленного статьей 14.4 Закона о защите конкуренции".

По признаку "осуществление действий хозяйствующим субъектом - конкурентом" Комиссией установлено следующее.

Руководствуясь, частью 5.1 статьи 45 Закона о защите конкуренции, Приказом Федеральной антимонопольной службы от 28.04.2010 N 220 "Об утверждении порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке", Бурятским УФАС России проведен анализ состояния конкуренции в объеме, необходимом для принятия решения о наличии или об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства. Так, согласно аналитическому отчету от 16.01.2025 N 06-14/3, с учетом временного интервала, продуктовых границ, географических границ и состава хозяйствующих субъектов, установлено, что между заявителем ООО <...> и ответчиком ООО <...> отсутствуют конкурентные отношения.

Вместе с тем, в силу пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 N 2 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства" при рассмотрении спора о нарушении запрета недобросовестной конкуренции должен быть установлен, в том числе, факт осуществления хозяйствующим субъектом действий, способных оказать влияние на состояние конкуренции.

Так, недобросовестной конкуренцией могут быть признаны действия как конкурента, так и лица, которое на момент совершения подобных действий конкурентом не является, но своими действиями оказывает влияние на конкурентную среду, получая при этом необоснованные конкурентные преимущества. Аналогичная правовая позиция выражена в Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 03.02.2022 N С01-2316/2021 по делу N СИП-143/2021, Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 28.02.2022 N С01-2421/2021 по делу N СИП-599/2021, Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 05.03.2022 N С01-2283/2021 по делу N СИП-218/2021.

Результатом проведения анализа состояния конкуренции явился вывод об отсутствии конкурентных отношений между заявителем ООО <...> и ответчиком ООО <...>, однако в ходе рассмотрения дела N 003/01/14.4-946/2024 установлено, что действия ответчика ООО <...> по направлению требования о прекращении использования коммерческого обозначения сходного до степени смешения с товарным знаком N 977463 (дата государственной регистрации: 01.11.2023) оказывают влияние на конкурентную среду.

Заявителем ООО <...> в заявлении о нарушении антимонопольного законодательства от 13.09.2024 N 5001-24, в письменных пояснениях от 16.01.2025 N 175-ЭП/25, от 21.01.2025 N 251-ЭП/25, от 11.04.2025 N 2030-ЭП/25 отмечается факт отсутствия между заявителем и ответчиком конкурентных отношений, в связи с чем заявитель предполагает отсутствие правовых оснований для направления претензии об устранении нарушения исключительного права на товарный знак.

В то же время ответчиком ООО <...> в адрес Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия, Комиссии Бурятского УФАС по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства заявлялось о наличии между заявителем и ответчиком конкурентных отношений.

В письме от 02.10.2024 N 5360-ЭП/24 ответчик отмечает наличие договорных отношений с АО "Т", ООО "ЭА", ООО "С", ООО "Ю" (филиал АО "Д"), АО "ЭБ", филиалом холдинга ОАО "У", САО "В", САО "Р", ООО "НА", ООО "НБ". Кроме того, ответчик указывает на запланированное открытие нового медицинского центра на территории Южного федерального округа (что также подтверждается ответом ООО <...> на запрос от 10.12.2024 N 6772-ЭП/24); на создание со стороны заявителя ООО <...> препятствий ответчику ООО <...> при осуществлении хозяйственной деятельности, поскольку "в связи с осуществлением однородной деятельности, предоставлением одних и тех же услуг при использовании одного обозначения <...> происходит смешение. ООО <...> и ООО <...> осуществляют рекламу в сети Интернет, размещают информацию о своей деятельности на одних и тех же интернет-площадках имея схожие доменные имена и используя обозначения <...> в одних социальных сетях, интернет-сервисах и картографических справочниках, имеют одних и тех же контрагентов". Дополнительно отмечает, что в июне 2024 года ответчику ООО <...> стало известно, что "на интернет-сайтах: https://www.medline-vd.ru, https://vk.com/medline.volgodonsk, без разрешения Правообладателя, ООО <...> использует коммерческое обозначение, которое является сходным до степени смешения с товарным знаком Правообладателя по свидетельству N 977463 в силу полного фонетического и семантического тождества словесных элементов <...>.

В письменных пояснениях от 15.01.2025 N 171-ЭП/25 ответчик указывает на то, что "потребители, контрагенты медицинских услуг ответчика путают его с истцом, который оказывает однородные медицинские услуги на территории Ростовской области. В медицинские центры ответчика поступали звонки жителей Ростовской области, кроме того, было установлено, что ответчиком за период 2022 - 2024 гг. оказывались медицинские услуги клиентам, проживающим и зарегистрированным на территории Ростовской области, в том числе и в Волгодонском районе Ростовской области", дополнительно отмечает наличие похожей практики в части направления претензии об устранении нарушения исключительного права и заключении в последующем лицензионного договора с Обществом с ограниченной ответственностью <...> (ИНН <...>, адрес нахождения юридического лица: 354000, <...>). Документы, подтверждающие позицию ответчика, в частности, лицензионные договоры с Обществом с ограниченной ответственностью <...> (601915, <...>, ИНН <...>, ОГРН <...>), с Обществом с ограниченной ответственностью <...> (354000, <...>, ИНН <...> ОГРН <...>), с Обществом с ограниченной ответственностью "Л" (390023, <...>, ИНН <...> ОГРН <...>), с Обществом с ограниченной ответственностью "МА" (654080, <...>, ИНН <...>, ОГРН <...>) направлены ответчиком в составе письма от 30.01.2025 N 432-ЭП-ДСП/25, также направлены результаты обследований пациентов и медицинская карта клиента медицинского центра.

Вместе с тем, позиция ответчика в ходе рассмотрения дела была скорректирована с учетом анализа состояния конкуренции, проведенного Управлением Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия. В ходатайстве о прекращении рассмотрения дела от 12.05.2025 N 2540-ЭП/25 ответчиком отмечается вывод антимонопольного органа по результатам проведения анализа состояния конкуренции об отсутствии конкурентных отношений между ответчиком ООО <...> и заявителем ООО <...>, в связи с чем действия ответчика не могут быть квалифицированы как недобросовестная конкуренция.

В соответствии с правовой позицией, нашедшей отражение в Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 27.03.2023 N С01-270/2023 по делу N СИП-650/2022, на предмет соответствия антимонопольному законодательству подлежат проверке не только действия предполагаемого нарушителя - фактически конкурирующего с лицом, обратившимся в антимонопольный орган, но и действия предполагаемого нарушителя, который задекларировал осуществление конкурентной деятельности с лицом, обратившимся в антимонопольный орган (в том числе внес соответствующие сведения в ЕГРЮЛ), и, обладая сведениями об используемом лицом, обратившимся в антимонопольный орган, обозначении, подал заявку на регистрацию тождественного (или сходного) обозначения (с учетом того, что такая государственная регистрация запрещает дальнейшее использование обозначения всем, кроме правообладателя и его лицензиатов).

В момент направления ответчиком претензии об устранении нарушения исключительного права на товарный знак в адрес заявителя, с учетом позиции ответчика, изложенной в письменных пояснениях, ответчиком предполагалось наличие конкурентных отношений между ООО <...> и ООО <...>, в связи с чем Комиссия Бурятского УФАС России по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства пришла к выводу о фактическом декларировании ответчиком факта осуществления конкурентной деятельности с лицом, обратившимся в антимонопольный орган (заявителем), что было отражено в заключении об обстоятельствах дела от 19.05.2025 N ИБ/1680/25.

Ответчиком ООО <...> по результатам изучения заключения об обстоятельствах дела направлены возражения от 28.05.2025 N 2891-ЭП/25. В части установления Комиссией признака "осуществление действий хозяйствующим субъектом - конкурентом" ответчиком представлены доводы о том, что приведенное нормативно-правовое обоснование не позволяет сделать вывод о наличии указанного признака, Комиссией неправильно дана оценка используемой судебной практике, отмечена обязательность проведения анализа конкуренции согласно приказу Федеральной антимонопольной службы от 28.04.2010 N 220 "Об утверждении порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке". Дополнительно ответчик отметил, что никогда не присутствовал на территории г. Волгодонск (место осуществления хозяйственной деятельности заявителя), не планирует открытия филиалов в будущем, что, в свою очередь, противоречит позиции ответчика, изложенной в письмах от 10.12.2024 N 6772-ЭП/24.

Вместе с тем, Комиссия Бурятского УФАС России считает указанные доводы ответчика необоснованными, поскольку анализ конкуренции в соответствии с приказом Федеральной антимонопольной службы от 28.04.2010 N 220 "Об утверждении порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке" проведен в полном объеме, приведен в материалах дела, представитель ООО <...> ознакомлен с аналитическим отчетом, а его результаты отражены в заключении об обстоятельствах дела, учтены Комиссией при разрешении вопроса о наличии признака "осуществление действий хозяйствующим субъектом - конкурентом".

При обосновании позиции Комиссии приведена актуальная правоприменительная практика Суда по интеллектуальным правам при рассмотрении дел по спорам о недобросовестной конкуренции. Довод ООО <...> о том, что по результатам рассмотрения приведенных дел судами сформулирован вывод об отсутствии нарушения в оспариваемых действиях ответчиков, не может быть отнесен к рассматриваемым спорным правоотношениям, в связи с тем, что данные судебные акты приведены Комиссией с целью отображения отдельных особенностей толкования норм права на необходимость учета которых указывает Президиум Суда по интеллектуальным правам. При решении вопроса о наличии признаков нарушения в действиях ООО <...> учитывались не только правоприменительная практика, но и фактические обстоятельства дела, изученные Комиссией в совокупности, в связи с чем Комиссия Бурятского УФАС России отвергает довод ответчика о формальном подходе Комиссии к оценке действий ответчика.

Кроме того, Комиссия полагает, что довод ООО <...> об отсутствии намерения открытия филиалов на территории г. Волгодонск и об отсутствии потенциальных конкурентных отношений с заявителем при открытии центров на территории Южного федерального округа приведен с целью опровергнуть факт декларирования ответчиком осуществления конкурентной деятельности, поскольку в письме от 02.10.2024 N 5360-ЭП/24, письме от 10.12.2024 N 6772-ЭП/24 ответчик указывал на запланированное открытие нового медицинского центра на территории Южного федерального округа и намерение заключения гражданско-правовых договоров с контрагентами, расположенными на соответствующей территории, а вывод о наличии или об отсутствии конкурентных отношений может быть сделан только по результатам анализа состояния конкуренции, в связи с чем данный довод также отвергается Комиссией.

Таким образом, с учетом приведенных правовых норм и фактических обстоятельств дела в действиях ООО <...> установлен признак "осуществление действий хозяйствующим субъектом - конкурентом". Дополнительно, данные обстоятельства соответствуют признаку "наличие на момент подачи ответчиком заявки на регистрацию этого обозначения в качестве товарного знака конкурентных отношений между ответчиком и истцом", учитываемого Судом по интеллектуальным вопросам при рассмотрении дел о недобросовестной конкуренции.

По признаку "направленность действий хозяйствующего субъекта на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности" Комиссией установлено следующее.

Ответчиком ООО <...> осуществлены действия, направленные на регистрацию права на коммерческое обозначение <...>, результатом которых стала государственная регистрация товарного знака N 977463 (дата государственной регистрации: 01.11.2023, дата приоритета: 08.11.2022).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 02.11.2018 N С01-870/2018 по делу N СИП-795/2017, если до даты приоритета товарного знака спорное обозначение широко использовалось третьими лицами, регистрация товарного знака одним из них могла быть произведена с целью устранения присутствия третьих лиц на рынке определенного товара. Такая регистрация не соответствует основной функции товарного знака по индивидуализации товаров правообладателя. Аналогичный подход приведен в Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 20.05.2019 N С01-306/2019 по делу N СИП-527/2018, Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 01.11.2019 N С01-327/2019 по делу N СИП-34/2019.

Из сведений из единого реестра юридических лиц на территории Российской Федерации зарегистрировано 398 юридических лиц, использующих в своем фирменном наименовании словесный элемент <...>.

Ответчиком ООО <...> были направлены претензии об устранении нарушения исключительного права на товарный знак в адрес:

- Общества с ограниченной ответственностью <...> (601915, <...>, ИНН <...>, ОГРН <...>) - по соглашению сторон заключен лицензионный договор от 26.03.2024 N 1;

- Общества с ограниченной ответственностью <...> (354000, <...>, ИНН <...> ОГРН <...>) - по соглашению сторон заключен лицензионный договор от 11.07.2024 N 2;

- Общества с ограниченной ответственностью "Л" (390023, <...>, ИНН <...> ОГРН <...>) - по соглашению сторон заключен лицензионный договор от 27.08.2024 N 3;

- Общества с ограниченной ответственностью "МА" (654080, <...>, ИНН <...>, ОГРН <...>) - по соглашению сторон заключен лицензионный договор от 07.11.2024 N 4;

- Общества с ограниченной ответственностью "МБ" (628403, <...>, ИНН <...> ОГРН <...>) - определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 23.12.2024 по делу N А75-15616/2014 прекращено производство по делу в связи с отказом истца от исковых требований (ответчиком ООО "МБ" прекращено использование коммерческого обозначения с использованием словесного образа <...>;

- Общества с ограниченной ответственностью <...> (ИНН <...>, ОГРН <...>, адрес нахождения юридического лица: 347382, <...>) - общество не согласилось с предъявленными требованиями, обратилось в адрес Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия с заявлением о наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства в действиях ООО <...>.

В составе письменных пояснений ООО <...> от 21.01.2025 N 251-ЭП/25 заявителем подтверждено использование фирменного наименования с момента осуществления регистрации юридического лица, подтверждено использование коммерческого обозначения с 2018 года (07.03.2018), в составе письменных пояснений ООО <...> от 02.10.2024 N 5360-ЭП/24 подтверждено использование фирменного наименования с момента осуществления регистрации юридического лица, подтверждено использование коммерческого обозначения, ставшего впоследствии товарным знаком, с 2020 года. Документов, подтверждающих использование коммерческого обозначения ответчиком до 2020 года, в адрес Комиссии не представлено, однако Комиссией из открытых источников - открытого сообщества ООО <...> в социальной сети "Вконтакте", установлена дата первого использования коммерческого обозначения - 10.10.2019. Таким образом, фирменное наименование <...> заявителем было зарегистрировано позднее ответчика, однако коммерческое обозначение, впоследствии ставшее товарным знаком, принадлежащим ООО <...>, введено в пользование заявителем на 19 месяцев раньше ответчика.

Согласно представленным в адрес Комиссии Бурятского УФАС России письменным пояснениям заявителя ООО <...> от 24.02.2025 N 942-ЭП-ДСП/25, письменным пояснениями ответчика ООО <...> от 05.03.2025 N 1127-ДСП/25 как заявитель, так и ответчик обладают значительными по своему объему клиентскими базами (количество обратившихся пациентов) на территории ведения своей хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, ответчиком ООО <...> не представлено документов, подтверждающих количество обратившихся в адрес хозяйствующего субъекта пациентов, в составе пояснений приведено исключительно цифровое значение, обозначающее количество пациентов в клиентской базе. Кроме того, ответчиком ООО <...> в составе письма от 02.10.2024 N 5360-ЭП/24, письма от 10.12.2024 N 6772-ЭП/24 заявлено намерение открытия медицинского центра, заключение договоров и предоставление услуг на территории Южного федерального округа, в связи с чем Комиссия Бурятского УФАС России приходит к выводу о наличии в действиях ответчика признака "направленность действий хозяйствующего субъекта на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности", поскольку, в отсутствие фактических конкурентных отношений, ответчиком направлено требование об устранении нарушения исключительного права на товарный знак путем прекращения использования коммерческого обозначения и выплате компенсации, что должно было повлечь устранение потенциального конкурента на территории возведения нового медицинского центра и получения материальной выгоды в виде компенсации за пользование товарным знаком, а равно направлено предложение о досудебном урегулировании спора путем заключения лицензионного договора и внесения платы за соответствующее пользование товарным знаком, что должно было повлечь взыскание материальной выгоды с лица, не являющегося фактическим конкурентом для ответчика.

Довод ответчика, отраженный в возражениях к заключению об обстоятельствах дела от 28.05.2025 N 2891-ЭП/25, о несоответствии указанного вывода Комиссии действительности, в связи с фактическим использованием ООО <...> коммерческого обозначения с 2009 года, не принимается Комиссией на основании следующего.

В соответствии с материалами дела, в частности в соответствии с ответом ООО <...> от 02.10.2024 N 5360-ЭП/24, ответчиком представлены доказательства использования коммерческого обозначения <...>, представляющего собой белую текстовую надпись <...> на синем фоне с красной линией под надписью, с момента регистрации деятельности; с декабря 2019 года коммерческое обозначение было изменено и стало представлять собой волнистую линию голубого и темно-голубого цветов с текстовой надписью <...>, в последующем данное коммерческое обозначение было зарегистрировано в качестве товарного знака (таб. 1).

Таб. 1. Коммерческие обозначения и товарный знак ответчика ООО <...>.

В силу пунктов 1, 2 статьи 1539 Гражданского кодекса Российской Федерации от 18.12.2006 N 230-ФЗ (далее - ГК РФ) правообладателю принадлежит исключительное право использования коммерческого обозначения в качестве средства индивидуализации принадлежащего ему предприятия любым не противоречащим закону способом (исключительное право на коммерческое обозначение), в том числе путем указания коммерческого обозначения на вывесках, бланках, в счетах и на иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет", если такое обозначение обладает достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия является известным в пределах определенной территории.

Не допускается использование коммерческого обозначения, способного ввести в заблуждение относительно принадлежности предприятия определенному лицу, в частности обозначения, сходного до степени смешения с фирменным наименованием, товарным знаком или защищенным исключительным правом коммерческим обозначением, принадлежащим другому лицу, у которого соответствующее исключительное право возникло ранее.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1541 ГК РФ исключительное право на коммерческое обозначение, включая фирменное наименование правообладателя или отдельные его элементы, возникает и действует независимо от исключительного права на фирменное наименование. Коммерческое обозначение или отдельные элементы этого наименования могут быть использованы правообладателем в принадлежащем ему товарном знаке. Коммерческое обозначение, включенное в товарный знак, охраняется независимо от охраны товарного знака.

Вместе с тем, ответчиком в возражениях указывается об использовании фирменного наименования с момента регистрации юридического лица, а не о коммерческом обозначении. Коммерческое обозначение, ставшее впоследствии товарным знаком ООО <...>, и в отношении которого Роспатентом был сформулирован вывод о схожести до степени смешения с коммерческим обозначением ООО <...> введено в оборот ответчиком позднее заявителя. В период введения в оборот коммерческого обозначения заявителя в 2018 году ответчиком использовалось иное коммерческое обозначение, в связи с чем Комиссией сформулирован вывод о введении в оборот заявителем коммерческого обозначения, исключительное право на которое охраняется независимо от охраны товарного знака, являющегося предметом спорным правоотношений, ранее ответчика.

Дополнительно ООО <...> в возражениях от 28.05.2025 N 2891-ЭП/25 указывают на необходимость соотнесения численности клиентской базы хозяйствующих субъектов, отмечается, что численность клиентской базы ответчика ООО <...> превышает численность клиентской базы заявителя ООО <...> в 17 раз, однако с учетом представленных в материалах дела фактических данных, данная цифра не соответствует действительности, в связи с чем Комиссия приходит к выводу о необоснованности данного довода.

Таким образом, с учетом приведенных правовых норм и фактических обстоятельств дела в действиях ООО <...> установлен признак "направленность действий хозяйствующего субъекта на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности". Дополнительно, данные обстоятельства соответствуют признаку "наличие у ответчика намерения (цели) посредством приобретения исключительного права на такое обозначение (приобретение монополии на него) причинить вред истцу или вытеснить его с товарного рынка путем предъявления требований, направленных на пресечение использования спорного обозначения, либо получить необоснованные преимущества за счет использования обозначения, известного потребителю ранее в связи с деятельностью истца", учитываемого Судом по интеллектуальным вопросам при рассмотрении дел о недобросовестной конкуренции.

По признаку "противоречие указанных действий положениям действующего законодательства, обычая делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости" Комиссией установлено следующее.

Ответчиком ООО <...> осуществлены действия, направленные на регистрацию права на коммерческое обозначение <...>, результатом которых стала государственная регистрация товарного знака N 977463 (дата государственной регистрации: 01.11.2023, дата приоритета: 08.11.2022).

Из сведений из единого реестра юридических лиц на территории Российской Федерации зарегистрировано 398 юридических лиц, использующих в своем фирменном наименовании словесный элемент <...>, в том числе заявитель ООО <...>.

Таким образом, до даты подачи ответчиком заявки на регистрацию спорного обозначения в качестве товарного знака, данное коммерческое обозначение и фирменное наименование использовалось и иными лицами (третьими лицами), в том числе заявителем.

Согласно правовой позиции, отраженной в Постановлении Президиума Суда по интеллектуальным правам от 27.03.2023 N С01-270/2023 по делу N СИП-650/2022 при отсутствии прямых доказательств знания предполагаемым нарушителем об использовании потерпевшим спорного обозначения на момент подачи заявки такое знание может быть установлено на основе косвенных доказательств в зависимости от стандарта доказывания "баланс вероятностей" - насколько вероятно, что предполагаемый нарушитель не случайно выбрал такое же обозначение, а обладал сведениями об использовании этого обозначения потерпевшим.

В соответствии с пунктом 17 Обзора судебной практики по делам, связанным с оценкой действий правообладателя товарных знаков, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2023, факт осведомленности заявителя об использовании другим лицом обозначения при подаче заявки на регистрацию товарного знака устанавливается с учетом того, насколько широко используется это обозначение, насколько оно оригинально и узнаваемо. Чем более широко используется спорное обозначение и чем более оно оригинально и узнаваемо, тем меньше вероятность того, что два лица могли начать его использование самостоятельно, независимо друг от друга.

Вместе с тем, с учетом количества зарегистрированных юридических лиц на территории Российской Федерации, использующих словесный элемент <...> в фирменном наименовании и коммерческих обозначениях, а также с учетом этимологии слова <...> (медицинская линия, medline) и его семантических связей, отсутствуют основания полагать о наличии высокой степени оригинальности и узнаваемости спорного обозначения, в связи с чем ответчик должен был полагать о наличии иных юридических лиц, использующих спорное обозначение.

Довод ответчика, приведенный в возражениях от 28.05.2025 N 2891-ЭП/25, о том, что наличие зарегистрированного фирменного наименования <...> не означает использование коммерческого обозначения <...>, в связи с чем необходимо рассматривать оригинальность и известность товарного знака, принимается во внимание Комиссией Бурятского УФАС России во внимание.

Вместе с тем, по результатам изучения реестра товарных знаков Роспатента, Комиссией установлено, что заявки на регистрацию товарных знаков с использованием словесного обозначения <...> подавались и другими хозяйствующими субъектами, в том числе, ранее даты подачи заявки ООО <...> (заявки от 24.08.2020 N 2020745720, от 19.04.2017 N 2017715417, от 25.05.2018 N 2018721709, от 20.03.2020 N 2020714431).

Кроме того, ответчик зарегистрировал товарный знак N 977463 (дата государственной регистрации: 01.11.2023, дата приоритета: 08.11.2022) в ноябре 2023 года, претензия об устранении нарушения исключительного права на товарный знак направлена в адрес заявителя 17.06.2024, первый лицензионный договор заключен 26.03.2024 с ООО <...> (г. Ковров). Между моментом приобретения и моментом использования исключительного права на товарный знак путем направления претензии об устранении нарушения исключительного права прошел незначительный промежуток времени.

Согласно части 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Однако для действия указанной нормы при направлении претензии об устранении исключительного права на товарный знак необходимо возникновение вероятности смешения, что в отсутствие фактических конкурентных отношений невозможно. Ответчиком же, руководствуясь указанной нормой, направлена претензия об устранении нарушения исключительного права на товарный знак с требованием о выплате компенсации в размере 1 000 000 руб., кроме того, как было отмечено в письменных пояснениях заявителя от 11.04.2025 N 2030-ЭП/25, ответчиком в составе указанной претензии несколько раз акцентируется внимание заявителя на возможное возбуждение в отношении ООО <...> административного производства по статье 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001, уголовного производства по статье 180 Уголовного кодекса Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ, что было расценено заявителем как действия, направленные на понуждение к выплате компенсации и (или) последующему заключению лицензионного договора с ответчиком.

Возражение ответчика в части правомерности использования фирменного наименования в составе коммерческого обозначения и товарного знака принимается Комиссией во внимание. Вместе с тем, в силу пунктов 1, 2 статьи 1539 ГК РФ коммерческое обозначение должно обладать достаточными различительными признаками и его употребление правообладателем для индивидуализации своего предприятия должно являться известным в пределах определенной территории. В случае сходства коммерческого обозначения до степени смешения с товарным знаком, исключительное право на которое возникло ранее, приоритет отдается последнему.

В данном случае коммерческое обозначение ответчика, ставшее впоследствии товарным знаком, было введено в оборот позже коммерческого обозначения заявителя.

Таким образом, с учетом приведенных правовых норм и фактических обстоятельств дела в действиях ООО <...> установлен признак "противоречие указанных действий положениям действующего законодательства, обычая делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости". Дополнительно, данные обстоятельства соответствуют признакам "факт использования спорного обозначения иными лицами до даты подачи ответчиком (под ответчиком понимается правообладатель соответствующего товарного знака) заявки на регистрацию этого обозначения в качестве товарного знака", "известность ответчику факта использования такого обозначения иными лицами до даты подачи им заявки на регистрацию его в качестве товарного знака", учитываемых Судом по интеллектуальным вопросам при рассмотрении дел о недобросовестной конкуренции.

По признаку "причинение или способность причинения указанными действиями убытков другому хозяйствующему субъекту - конкуренту, либо нанесения ущерба его деловой репутации"

В соответствии с претензией об устранении нарушения исключительного права на товарный знак, направленной ответчиком в адрес заявителя 17.06.2024 в составе требований, заявленных ответчиком, содержатся требования о незамедлительном прекращении использования обозначения <...> на официальных страницах заявителя в сети Интернет, на вывесках здания, при оказании услуг, в рекламе, а равно требование о выплате правообладателю товарного знака компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак в размере 1 000 000 руб.

Согласно предложению о досудебном урегулировании спора, направленного ответчиком в адрес заявителя 17.07.2024, ответчиком впоследствии предложено снижение суммы компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак до 350 000 руб., и заключение лицензионного договора с установленной суммой платежа 100 000 руб. за один год использования (с потенциальным уменьшением суммы платежа при заключении договора на более длительный срок).

Вместе с тем, как справедливо отмечено заявителем в письменных пояснениях от 11.04.2025 N 2030-ЭП/25 при согласии хозяйствующего субъекта на предлагаемые ответчиком условия, заявитель понесет "реальные экономические издержки в виде затрат на компенсацию, управленческие издержки путем подачи заявлений в ИФНС на смену фирменного наименования, влекущее за собой необходимость замены лицензии, в связи с чем деятельность компании приостановится, и как следствие возникнут убытки в виду упущенной выгоды".

Довод ООО <...> о праве ответчика на использование товарного знака любым не противоречащим закону способом в части направления требования об уплате вознаграждения, принимается во внимание Комиссией Бурятского УФАС России. Вместе с тем, с учетом фактических обстоятельств дела, норм гражданского законодательства о фирменном наименовании, коммерческом обозначении и товарном знаке юридического лица, Комиссия приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для направления такого требования, поскольку заявителем исключительное право на коммерческое обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком, приобретено ранее ответчика (заявитель с 2018 года, ответчик с 2019 года).

Таким образом, с учетом приведенных правовых норм и фактических обстоятельств дела в действиях ООО <...> установлен признак "причинение или способность причинения указанными действиями убытков другому хозяйствующему субъекту - конкуренту, либо нанесения ущерба его деловой репутации". Дополнительно, данные обстоятельства соответствуют признаку "причинение либо вероятность причинения истцу вреда путем предъявления требований о прекращении использования спорного обозначения", учитываемого Судом по интеллектуальным вопросам при рассмотрении дел о недобросовестной конкуренции.

Таким образом, в действиях ООО <...> содержатся все признаки недобросовестной конкуренции как с точки зрения правовой позиции, изложенной в письме Федеральной антимонопольной службы от 26.08.2019 N АК/74286/19 "Об особенностях рассмотрения дел о нарушении запрета, установленного статьей 14.4 Закона о защите конкуренции", так и с точки зрения правовой позиции судебных актов, принятых СИПом по данной категории дел.

Оценив системно установленные обстоятельства дела в совокупности достоверных доказательств и с учетом их взаимной связи Комиссия пришла к выводу о наличии в действиях ООО <...> нарушения части 1 статьи 14.4 Закона о защите конкуренции, выразившиеся в использовании исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ или услуг в целях недобросовестной конкуренции путем направления претензии об устранении нарушения исключительного права на товарный знак в адрес ООО <...> в отсутствие правовых оснований для предъявления требования такого правового характера.

Руководствуясь статьей 23, частью 1 статьи 39, статьей 49 Закона о защите конкуренции,

1. Признать действия ООО <...> в части использования товарного знака в целях получения имущественной выгоды путем запрета использования спорного обозначения и взыскания компенсации, нарушающими часть 1 статьи 14.4 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции";

2. Передать материалы дела уполномоченному должностному лицу для рассмотрения вопроса о возбуждении дела об административном правонарушении в соответствии с Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях;

3. Настоящее решение может быть направлено заинтересованными лицами в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности для признания недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку.

Решение по делу о нарушении антимонопольного законодательства может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня его принятия в Арбитражный суд Республики Бурятия.