Решение
Московского УФАС России
от 23.09.2026 N 077/10/104-14086/2026

Комиссия по контролю в сфере закупок товаров, работ, услуг Управления Федеральной антимонопольной службы по г. Москве (далее - Комиссия Управления) в составе:

Председательствующего Комиссии Управления:

А.А. Луневича - заместителя начальника отдела проверок государственных закупок;

Членов Комиссии Управления:

П.И. - главного специалиста-эксперта отдела проверок государственных закупок,

Ж.Е. - ведущего специалиста-эксперта отдела проверок государственных закупок,

при проведении проверки посредством видеоконференцсвязи в присутствии уполномоченных представителей ИБР РАН: Микрюковой-А. (доверенность N Д01/26-09 от 22.09.2026), Е. (доверенность N Д02/26-09 от 22.09.2026),

К. (доверенность N Д03/26-09 от 22.09.2026), В.

(исполняющий обязанности директора, Приказ N 10-2/45Л-О от 02.03.2026), а также в присутствии уполномоченных представителей ООО "К": Д. (доверенность N б/н от 17.09.2026), Б. (генеральный директор, ГРН N 1227700597992 от 21.09.2022)

рассмотрев обращение ИБР РАН о включении сведений об ООО "К" в реестр недобросовестных поставщиков в соответствии со ст. 104 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон о контрактной системе),

В Московское УФАС России поступило обращение государственного заказчика - ИБР РАН (далее - Заказчик) о включении сведений об ООО "К" (далее - Исполнитель, Общество) в реестр недобросовестных поставщиков в связи с односторонним расторжением Заказчиком государственного контракта, заключенного по результатам электронного аукциона на выполнение научно-исследовательских работ в рамках организации и проведения клинического исследования I и II совмещенных фаз для изучения безопасности и эффективности лекарственного средства - Продукта тканевой инженерии "Комбинированного биологического эквивалента кожи (Комби-БЭК)" при лечении пациентов с термическими ожогами (реестровый N 0373100019124000045).

20.12.2024 между Заказчиком и ООО "К" заключен государственный контракт N 506-44 (реестровый N 1773604485024000049) на выполнение научно-исследовательских работ в рамках организации и проведения клинического исследования I и II совмещенных фаз для изучения безопасности и эффективности лекарственного средства - Продукта тканевой инженерии "Комбинированного биологического эквивалента кожи (Комби-БЭК)" при лечении пациентов с термическими ожогами (далее - Контракт).

В ч. 9 ст. 95 Закона о контрактной системе установлено, что Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

На основании ч. 9 ст. 95 Закона о контрактной системе 07.11.2025 Заказчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по причине неисполнения ООО "К" существенных условий Контракта. По состоянию на 17.11.2025 указанное решение было отменено ввиду устранения Исполнителем нарушения, послужившего основанием для принятия Заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

На основании ч. 9 ст. 95 Закона о контрактной системе 03.09.2026 Заказчиком повторно принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта (далее - Решение) по причине неисполнения ООО "К" существенных условий Контракта.

В ч. 12.1 ст. 95 Закона о контрактной системе установлено, что в случае принятия заказчиком предусмотренного ч. 9 ст. 95 Закона о контрактной системе решения об одностороннем отказе от исполнения контракта, заключенного по результатам проведения электронных процедур, закрытых электронных процедур:

1) заказчик с использованием единой информационной системы формирует решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, подписывает его усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени заказчика, и размещает такое решение в единой информационной системе. В случаях, предусмотренных ч. 5 ст. 103 Закона о контрактной системе, такое решение не размещается на официальном сайте;

2) решение об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее одного часа с момента его размещения в единой информационной системе в соответствии с п. 1 ст. 95 Закона о контрактной системе автоматически с использованием единой информационной системы направляется поставщику (подрядчику, исполнителю). Датой поступления поставщику (подрядчику, исполнителю) решения об одностороннем отказе от исполнения контракта считается дата размещения в соответствии с настоящим пунктом такого решения в единой информационной системе в соответствии с часовой зоной, в которой расположен поставщик (подрядчик, исполнитель);

3) поступление решения об одностороннем отказе от исполнения контракта в соответствии с п. 2 ч. 12.1 ст. 95 Закона о контрактной системе считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

В соответствии с ч. 12.1 ст. 95 Закона о контрактной системе 03.09.2026 Решение об одностороннем отказе от исполнения контракта размещено Заказчиком в единой информационной системе.

Таким образом, датой надлежащего уведомления признается дата размещения Решения Заказчиком в единой информационной системе.

На основании ч. 13 ст. 95 Закона о контрактной системе Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления Заказчиком Поставщика об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Исходя из вышеизложенного, на момент проведения заседания Комиссии Управления

Решение Заказчика вступило в законную силу и Контракт считается расторгнутым в соответствии с требованиями ч. 13 ст. 95 Закона о контрактной системе.

Комиссией Управления установлено, что в соответствии с положениями Контракта установлены следующие условия:

п. 1.5 Контракта сроки выполнения Работ, последовательность действий Исполнителя при выполнении Работ, изложенная в хронологическом порядке по дате завершения каждого отдельного этапа (вида работ), устанавливаются в Календарном плане выполнения Работ (Приложение N 2 к Контракту) (далее - Календарный план).

В соответствии с Приложение N 1 к Контракту "Техническое задание" определен перечень медицинских учреждений, включенных в разрешение на проведение клинического исследования:

1. Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Московской области "П"142110, Московская область, г.о.

Подольск, г. Подольск, ул. Кирова, д. 38.

2. Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Приволжский исследовательский медицинский университет Министерства здравоохранения Российской Федерации"603005, г. Нижний Новгород, пл. Минина и Пожарского, д. 10/1.

3. Государственное бюджетное учреждение здравоохранения города Москвы "Д"123317, г. Москва, Шмитовский пр., д. 29.

Согласно Приложению N 2 к Контракту "Календарный план выполнения Работ" Контракт выполняется в 6 этапов, общий срок - со дня заключения Контракта до 15.12.2025.

Представитель Заказчика пояснил, что Исполнителем были выполнены обязательства по Контракту лишь частично. Так, по состоянию на дату вступления в силу Решения

Исполнителем были выполнены только 4 из 6 этапов.

В ходе выполнения Контракта Заказчик направил Исполнителю претензионное письмо от 14.10.2025 N 12506/01-421 с требованием предоставить разъяснения о сроках выполнения работ по 4 этапу выполнения работ

В соответствии с Календарным планом выполнения работ по четвертому этапу

Контракта Исполнитель был обязан выполнить работы и передать Заказчику отчетную документацию в срок не более 90 календарных дней с даты окончания работ по третьему этапу Контракта, то есть не позднее 26.06.2025. Работы по 4-му этапу были сданы

Исполнителем 18.05.2026, что явилось основанием для Заказчика 07.11.2025 принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта. При этом Исполнитель представил Заказчику 17.11.2025 гарантийное письмо исх. N 40 с подтверждением возможности завершить работы до 18.05.2026, в связи с чем 17.11.2025 Заказчик отменил данное решение.

Представитель Заказчика отметил, что выполнение работ по 5 и 6 этапам

Исполнителем не начинались.

В ходе выполнения Контракта Заказчик направил в адрес Исполнителя претензионные письма от 29.09.2025 N 12506/01-396 о нарушении сроков предоставления отчетной документации по 4 этапу выполнения работ, от 18.07.2026 N 12506/01-310 с требованием предоставить отчетную документацию по 4 этапу о работ, от 20.08.2026 N 12506/01-324 с требованием представить разъяснения о сроках выполнения работ по 5 этапу,.

После размещения Заказчиком Решения в Единой информационной системе 14.09.2026 Исполнитель представил в адрес Заказчика письмо N 54 с просьбой отменить

Решение, согласно которому задержка выполнения работ вызвана ввиду:

- непригодности медицинских учреждений, выбранных Заказчиком;

- выявленными недостатками протокола исследования.

Исполнитель в составе письма также отметил, что Исполнитель осуществил поиск и отбор дополнительных исследовательских центров с предоставлением информации и сведений Заказчику. По итогам проведенного поиска Исполнитель, помимо двух договоров, заключенных по условиям Контракта, подобрал дополнительно семь специализированных медицинских учреждений и заключил с ними договоры на проведение исследования.

В представлении Исполнителя для поиска дополнительных учреждений, привлечения и отбора дополнительных исследователей, переговоров, взаимодействия с местными комитетами, в том числе по Этической экспертизе, Исполнителем осуществлены действия, не предусмотренные условиями Контракта.

Исполнитель также отметил в письме, что связанные с недобором пациентов, поиском и одобрением дополнительных центров вопросы неоднократно обсуждались в ходе рабочих совещаний с Заказчиком. Вместе с тем при выполнении Контракта набор пациентов шел крайне медленно, врачи-комбустиологи представили вопросы и замечания к протоколу исследования (например, от главного внештатного специалиста-комбустиолога Минздрава России, заместителя Генерального директора ФГБУ НМИЦ хирургии им. А.В. Вишневского, проф. А.А. Алексеева; от главного внештатного специалиста-комбустиолога Минздрава России в Северо-Западном федеральном округе, д. м.н., проф. Е.В. З.). Исполнитель также указал, что по инициативе Исполнителя вносились поправки в протокол исследования.

В ходе выполнения Контракта Исполнитель обращался в адрес других исследователей с запросом оценить перспективы набора пациентов. Исполнителем со стороны части исследователей получены сообщения о возможности включить несколько пациентов в исследование, при этом фактически исследователи не выполнили этого.

Исполнитель доводил вышеуказанную информацию до Заказчика, своевременно информировал Заказчика обо всех влиявших на ход выполнения Контракта существенных обстоятельствах.

Относительно приостановки оказания услуг в сфере клинического исследования исполнитель указал Заказчику, что такая приостановка противоречит п. 2.3 Правил ЕАЭС и нормам надлежащей клинической практики в целом (указанный пункт гласит: "Права, безопасность и благополучие субъектов исследования имеют первостепенное значение и должны превалировать над интересами науки и общества"). В представлении Исполнителя прекращение оказания услуг означал бы отказ от взаимодействия с исследовательскими центрами и врачами, участвующими в исследовании, что привело бы к нарушению непрерывности взаимодействия с участниками исследования. Кроме того, Исполнитель не обладал правомочием по приостановлению клинического исследования - в соответствии с ч. 6 ст. 40 Федерального закона от 12.04.2010 N 61-ФЗ "Об обращении лекарственных средств" (далее - Закон N 61-ФЗ) решение о приостановлении клинического исследования принимается руководителем медицинской организации, в которой проводится исследование, и (или) организацией, получившей разрешение уполномоченного федерального органа исполнительной власти на организацию проведения клинического исследования.

Исполнитель в данном перечне субъектов не указан.

В соответствии с ч. 8.1 ст. 40 Закона N ФЗ-61 при выявлении нарушений правил надлежащей клинической практики, влияющих на полноту и (или) достоверность клинического исследования, приостановление проведения исследования осуществляется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в сфере здравоохранения (Росздравнадзором), путем вынесения предписания об устранении выявленных нарушений. Таким образом, по закону право приостановления клинического исследования предоставлено исключительно руководителю медицинской организации, организации-разработчику (спонсору), получившей разрешение на проведение исследования, и уполномоченному органу исполнительной власти (Минздраву России, Росздравнадзору). Вместе с тем Исполнитель не входит в число лиц, наделенных таким правом ни по Закону N ФЗ-61, ни по Правилам ЕАЭС, ни по Контракту.

Исполнитель указал, что в результате включения дополнительных центров

Исполнителю удалось обеспечить набор 21 пациента, данные о двенадцати из них позволили завершить четвертый этап исследования. В представлении Исполнителя данные результаты свидетельствуют о том, что Исполнитель действовал надлежащим образом и результативно при наличии протокола исследования с недостатками.

Кроме того, Исполнитель не оспаривал наличие задержки как факта, а указывал на отсутствие его вины в возникновении данной задержки, так как причина задержки - недостатки протокола, разработанного Заказчиком без привлечения профильных специалистов (п. 5.4.1 Правил Е.Д ЭС), отсутствие на этапе подготовки оценки выполнимости исследования, непригодность предложенных Заказчиком центров (п. 5.6.1 Правил ЕАЭС). Надлежащее исполнение работ оказалось невозможным вследствие обстоятельств, находящихся в зоне ответственности Заказчика как спонсора исследования.

Представитель Заказчика отметил, что обязанность Исполнителя по поиску и отбору дополнительных медицинских центров прямо закреплена за Исполнителем в Приложении N 1 к Контракту: "Помимо медицинских исследовательских центров (МИЦ), одобренных Минздравом для проведения настоящего исследования, отобрать дополнительно МИЦ в количестве, достаточном для проведения КИ в сроки в соответствии с Контрактом, согласовать их привлечение с Заказчиком и получить разрешение Минздрава на их участие в настоящем КИ".

Таким образом, утверждение Исполнителя о том, что медицинские центры были выбраны только Заказчиком, по мнению Заказчика являлось заведомо недостоверным, так как отбор медицинских центров являлся закрепленной в Контракте обязанностью Исполнителя.

В соответствии с пояснениями представителя Заказчика Минздравом России было одобрено для участия в клиническом исследовании 13 медицинских центров. Из них между Исполнителем и 9 центрами были заключены договоры на участие в исследовании, при этом только 5 медицинских центров участвовало в наборе пациентов. По мнению Заказчика в остальных медицинских центрах Исполнитель не организовал набор пациентов. В частности, не был заключен договор с одобренным Минздравом России НИИ СП им. Н.В. Склифосовского. Таким образом, в представлении Заказчика Исполнитель не выполнил свои обязательства по привлечению к исследованию необходимого количества центров, что привело к срыву сроков выполнения исследования.

В отношении утверждения Исполнителя о выявленных в Протоколе исследования дефектов представитель Заказчика отметил, что данный протокол прошел все необходимые согласования и был утвержден Министерством здравоохранения Российской Федерации, которое является регулятором в области проведения клинических исследований, а также Координационным советом при Министерстве здравоохранения Российской Федерации по вопросам биоэтики. Процедура проведения согласования и получение разрешения на проведение клинического исследования подразумевает всестороннюю оценку Протокола исследования профильными специалистами и экспертами.

Представитель Заказчика пояснил, что договоры с медицинскими учреждениями заключаются только в том случае, когда главный исследователь-специалист, отвечающий за проведение клинического исследования в данном медицинском центре, считает выполнение исследования - набор пациентов и следование процедурам исследования - возможным. Вместе с тем Исполнитель не был ограничен в возможности набора дополнительных медицинских центров, в случае если какие-либо их медицинских центров не были готовы работать с утвержденным протоколом.

В соответствии с пояснениями представителя Заказчика утверждение Исполнителя о том, что соответствующие критериям пациенты практически не встречаются, опровергается тем фактом, что в исследование было включено 22 пациента, при этом полностью завершили участие в исследовании 12 пациентов. По мнению Заказчика указанный факт подтверждает, что соответствующие критериям включения пациенты поступают в медицинские центры, в связи с чем исследование являлось выполнимым.

Также представитель Заказчика отметил, что уведомление Исполнителя об отказе Спб НИИ СП им. И.И. Джанелидзе принимать участие в клиническом исследовании является недостоверным, так как СПб НИИ СП им. И.И. Джанелидзе подтвердил заинтересованность в продолжении работ (копия письма ГБУ СПб НИИ СП им. И.И. Джанелидзе б/д б/н).

Таким образом, в представлении Заказчика утверждение Исполнителя о невозможности набора пациентов в соответствии с Протоколом исследования является недостоверным.

Помимо вышеизложенного представитель Заказчика также пояснил, что Исполнителем было допущено нарушение при организации транспортировки биологического материала (п. 19 "Обязательства Исполнителя" Приложения N 1 к Контракту), в частности Исполнителем было допущено нарушение температурного режима перевозки биоматериала, что приводило к рискам в обеспечении качества и сроков наработки препарата для исследования (биоматериал пациентов из СПб НИИ СП им. И.И. Джанелидзе и Института неотложной и восстановительной хирургии им. В.К. Гусака в г. Донецк).

Представитель Заказчика отметил, что утверждение Исполнителя о невозможности проведения клинического исследования появилось только после размещения Заказчиком

Решения в Единой информационной системе. В соответствии с пояснениями представителя Заказчика в процессе выполнения работ в адрес Заказчика со стороны Исполнителя не поступали уведомления в соответствии с п. 6.2.8. Контракта: "Незамедлительно информировать Заказчика об обнаруженной невозможности получить ожидаемые результаты или о нецелесообразности продолжения выполнения Работ", что относится к обязанностям Исполнителя. Все активные действия Исполнитель стал осуществлять после размещения

Решения Заказчиком в Единой информационной системе. При этом из необходимых 72 необходимых пациентов полностью прошло исследование 12 пациентов, что по мнению Заказчика означает, что при такой скорости набора исследование будет проходить слишком длительный срок.

Одновременно с вышеизложенным представитель Заказчика пояснил, что Заказчик предоставил Исполнителю дополнительные временные возможности для выполнения этапа 4 по Контракту, в том числе полагаясь на гарантийное письмо Исполнителя от 17.11.2025 N 40. Вследствие вышеизложенного, в том числе, Заказчик не инициировал повторное расторжение Контракта в одностороннем порядке до 03.09.2026 Возражая на пояснения Заказчика Исполнитель пояснил, что Обществом осуществлены направленные на надлежащее выполнение Контракта действия, при этом в ходе выполнения Контракта возникли обстоятельства, не зависящие от воли Исполнителя, приведшие к увеличению сроков оказания услуг по Контракту. Так, причины задержек выполнения работ по Контракту были вызваны несоответствием выбранных Заказчиком медицинских учреждений, выявленными недостатками протокола исследования, о чем Исполнитель сообщил Заказчику в письме от 14.09.2026 N 54.

Представитель Исполнителя также отметил, что основной причиной задержки выполнения работ по Контракту являлись положения протокола, делающие включение пациентов невозможным при соблюдении стандартов лечения по ОМС. Данное обстоятельство подтверждается письмом НИИ Джанелидзе от 08.06.2026 и письмом комбустиолога З. (копии писем представлены к материалам заседания).

Исполнитель доводил данную информацию в адрес Заказчика (например, в письме от 22.07.2025 N 32 указано на подачу семи поправок для исправления неудачных разделов в Протоколе исследования и увеличения числа центров в адрес Минздрава России).

В представлении Исполнителя Общество действовало добросовестно и прозрачно, своевременно информируя Заказчика обо всех существенных обстоятельствах.

В соответствии с пояснениями представителя Исполнителя Обществу удалось включить 21 пациента, 12 из которых прошли до закрытия четвертого этапа исследования.

Почти все они были включены по личной просьбе Исполнителя в центре в г. Санкт-Петербурге - в НИИ скорой помощи им. Джанелидзе. В мае 2026 года

Исполнитель обратился в адрес исследовательских центров с просьбой оценить перспективы набора пациентов. Центры, не включавшие больных, не дали точных ответов Исполнителю.

При этом НИИ Джанелидзе в письме от 08.06.2026 прямо указал на непригодность протокола и необходимость его коррекции (в соответствии с письмом исследователем отмечено: - Физически невозможно оценить критерий включения в протокол N 5: Наличие ожоговой раны - термический ожог III А - III Б ст. - не менее 1-4% (с максимальной площадью до 400 см2) на передней и/или боковой поверхности тела, конечностей на момент 21-23 сутки исследования, без признаков гнойного воспаления на момент аппликации (исходя из этого пункта, необходимо уже на визите Д0 прийти к выводу, что у пациента ожоговая рана не заживет к 21-23 суткам); - По проведенным пациентам констатирован факт:

либо раны пациента заживают самостоятельно ранее указанного срока в протоколе, либо ему показано хирургическое лечение: аутодермопластика, что противоречит протоколу КИ (таким образом, пациент не получает необходимую помощь в рамках ОМС; - В рамках разработанного и утвержденного протокола эффективность исследуемого препарата представляется сомнительной).

Таким образом, в ходе выполнения Контракта Исполнителем были получены сведения о непригодности протокола исследования, что не позволило выполнить работы по Контракту в соответствии с его условиями и гарантийными обязательствами Исполнителя.

Представитель Исполнителя отметил, что достигнутые Исполнителем в рамках сложившихся обстоятельств результаты свидетельствуют о том, что Исполнитель действовал максимально эффективно в условиях дефектного протокола, обеспечив включение значительного числа пациентов вопреки объективным препятствиям.

Помимо вышеизложенного представитель Исполнителя отметил, что в Решении Заказчиком указано, что дополнительным обстоятельством принятия Решения являлась высокая социальная значимость исследуемого препарата. Исполнитель полностью поддерживал вышеизложенную позицию, при этом отметил, что социальная значимость препарата не может служить основанием для возложения на Исполнителя ответственности за недостатки протокола, разработку которых Заказчик как спонсор обязан был обеспечить.

При разработке протокола клинических испытаний Заказчик был обязан руководствоваться объективными биологическими закономерностями регенерации тканей при ожоговых поражениях, а не производственными факторами, в частности сроками изготовления лекарственного препарата. Именно коррекция протокола силами Заказчика являлась необходимым условием для продолжения набора пациентов и своевременного завершения исследования.

Ознакомившись с пояснениями сторон и изучив представленные к материалам заседания документы и сведения, Комиссия Управления считает необходимым отметить, что

Исполнителем были допущены просрочки выполнения обязательств по Контракту, что было отражено Заказчиком в составе претензионных писем и требования об оплате пени. Кроме того, Исполнитель не опровергал нарушение им сроков выполнения Контракта, в частности сроков выполнения этапа 4, что отражено в переписке между сторон Контракта и в требовании об оплате пени вследствие того, что Заказчик был лишен на то, что рассчитывал при заключении Контракта в рамках установленных условиями Контракта сроков.

Принимая решение об участии в закупках, и подавая соответствующую заявку, хозяйствующий субъект несет риск наступления неблагоприятных для него последствий, предусмотренных законодательством, в случае совершения им действий (бездействия) в противоречие требованиям этого законодательства. Таким образом, Исполнитель, подав заявку на участие в закупочной процедуре, конклюдентно согласился с условиями извещения представленной в его составе документации, в том числе с условиями этапности выполнения Контракта, а также с условиями сдачи результатов по завершению этапов Контракта.

Вместе с тем на основании представленных документов и сведений Комиссия Управления приходит к выводу, что Исполнителем были совершены активные действия, направленные на надлежащее выполнение Контракта и на достижение тех целей и результатов, которые установлены в Контракте. Согласно представленным к материалам документам Исполнителем были направлены запросы как по утвержденному Заказчиком, так и дополнительно представленным Исполнителем чпискам на заключение договоров с медицинскими организациями на проведение Исследования и включения пациентов.

При этом, например, ГБУЗ ДГКБ N 9 им. Г.Н. Сперанского ДЗМ, являясь детской больницей, отказалась от участия в исследовании и подписании договора с Исполнителем на проведение исследования, сославшись на оказание медицинской помощи пациентам в возрасте с 0 до 18 лет (детям), при этом в исследование могут быть включены только совершеннолетние.

На часть запросов Исполнителем не были получены ответы вовсе.

Кроме того, Исполнитель уведомлял Заказчика о необходимости скорректировать протокол исследования в части изменения критериев отбора потенциальных участников исследования с целью расширения круга возможных кандидатур, а также предусмотреть возможность включения в исследование более широкого круга лиц для достижения необходимых результатов (например, письмом от 27.08.2026 N 53).

Комиссия Управления акцентирует особое внимание на правовой природе обязательств, возложенных на Исполнителя по Контракту. Реализация обязательств Исполнителя была поставлена в исключительную зависимость от воли третьих лиц, что делало их самостоятельное выполнение Исполнителем объективно невозможным.

Существенным условием исполнения Контракта являлось проведение клинических исследований, что неразрывно связано с необходимостью привлечения Исполнителем профильных медицинских учреждений. В связи с отказом указанных медицинских организаций от участия в исследованиях, Исполнитель лишился возможности исполнить принятое обязательство. Таким образом, Комиссия Управления констатирует наступление объективной невозможности исполнения Контракта по не зависящим от Исполнителя обстоятельствам

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

По смыслу ст. 55 Конституции Российской Федерации введение ответственности за правонарушение и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, исходя из общих принципов права, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепляемым целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния. Ни Закон о контрактной системе, ни Правила ведения реестра не содержат безусловной обязанности уполномоченного органа включать представленные заказчиком сведения о поставщике в соответствующий реестр без оценки его действий в каждом конкретном случае. При рассмотрении вопроса о включении или не включении лица в реестр недобросовестных поставщиков недопустимо ограничиваться только формальной констатацией ненадлежащего исполнения хозяйствующим субъектом тех или иных нормативных требований без выяснения и оценки всех фактических обстоятельств дела в совокупности и взаимосвязи.

По мнению Комиссии Управления, Исполнителем были совершены необходимые действия, направленные на исполнение контракта, на достижение тех целей и результатов, которые установлены в контракте.

При принятии решения о включении либо не включении сведений об организации в реестр недобросовестных поставщиков антимонопольный орган не вправе ограничиться только формальной констатацией ненадлежащего исполнения участником закупки тех или иных нормативных требований без выяснения и оценки всех фактических обстоятельств дела в совокупности и взаимосвязи.

Исполнителем совершались активные действия, направленные на соблюдение требований Закона о контрактной системе, тем самым явно выражая намерение к исполнению контракта.

Следует отметить, что при рассмотрении вопроса о наличии у Заказчика оснований для включения хозяйствующего субъекта в реестр недобросовестных поставщиков, с которым контракт был расторгнут в связи с односторонним отказом Заказчика от исполнения контракта, антимонопольный орган обязан не только убедиться в наличии оснований для расторжения контракта и соблюдении порядка его расторжения заказчиком, но и установить недобросовестный характер действий поставщика (подрядчика, исполнителя), что предполагает отсутствие у последнего реального намерения исполнить контракт надлежащим образом и в установленные сроки.

В рассматриваемом случае Комиссия Управления полагает, что обстоятельства дела в совокупности с представленными доказательствами не свидетельствуют о том, что действия Исполнителя направлены на умышленное несоблюдение условий Контракта.

По общему правилу при привлечении лица к публично-правовой ответственности государственным органом должна быть установлена вина этого лица в нарушении закона.

В то же время такая вина не установлена.

Включение сведений о лице в реестр недобросовестных поставщиков по существу является санкцией за недобросовестное поведение данного лица, выразившееся в намеренном ненадлежащем исполнении контракта.

Обстоятельств, подтверждающих намеренное ненадлежащее выполнение Исполнителем условий Контракта, Комиссией Управления не установлены.

Оценка контрольным органом обстоятельств одностороннего расторжения контракта государственным заказчиком в целях применения положений ст. 104 Закона о контрактной системе не подменяет собой оценку правомерности расторжения контракта, которая осуществляется в судебном порядке.

Руководствуясь ст. 104 Закона о контрактной системе, Комиссия Московского УФАС России

Отказать ИБР РАН во включении сведений в отношении ООО "К" в реестр недобросовестных поставщиков.

Решение может быть обжаловано в течение трех месяцев с даты его принятия в порядке, установленном главой 24 АПК Российской Федерации.